Ну, где можно было появиться в обществе крылатой подруги и при этом не вызвать подозрение. Интересно, а своего пажа Дебора тоже собиралась пригласить на развлечение. Она, как будто, пыталась намекнуть, что если я стал драконом, то и компанию себе должен выбирать среди такой же нечисти. Хотя сам я себя злым духом не считал, просто чародей поневоле, вот и все. Века и злые языки сделали из моего исчезновения тайну, но от этого действительность не изменилась.

 -- В уплату за потраченное время я сыграю для тебя на скрипке, - предложила Дебора. - Я умею играть лучше, чем кто бы то не был. Можешь сам убедиться.

 Внезапно она извлекла откуда-то скрипку и смычок, как будто достала из сгустков мглы. Через секунду по воздуху разлились волшебные звуки музыки. Ничего подобного я никогда не слышал. Если бы люди знали о таком мастерстве, то сбегались бы со всех сторон света, чтобы послушать ее игру, не говоря уже о том, чтобы посмотреть на саму необыкновенную скрипачку. Один ее внешний вид стоил того, чтобы пройти много миль ради одного взгляда на такое чудо. Она подбирала ноты, внимательно, вдохновенно, без малейшей фальши, а крылья за ее спиной трепыхались, создавая легкий ветерок.

 Не дай Бог, чтобы кто-то поднес к ее крылышкам свечу. Как я мог тогда на маяке обжечь ее лампадой. Ведь даже дурак мог догадаться, что такое эфирное создания не переносит близости огня. Светящаяся кожа была прекрасной, но легко ранимой.

 Я чуть было не заснул под звуки скрипки, но все-таки сумел приподнять отяжелевшую голову и заметил, что Дебора уже прекратила играть. А мне почему-то казалось, что в пустоте над лесом по-прежнему раздается та же самая мелодия. Наверное, это был всего лишь слабый отголосок или призрачное эхо.

 -- Ну, так как тебе нравится моя музыка? - спросила волшебная леди.

 -- Да, - не задумываясь ответил я, наблюдая, как до этого мирно спавший волк теперь трется об ее руку. Дебора напоминала одного из тех менестрелей, которые своей музыкой умеют очаровывать волков и подчинять своей воле целые стаи таких серых хищников.

 -- Я обязательно доставлю сюда твой клад, - уже более веселым тоном пообещала она. - Жди и помни, я путешествую очень быстро.

 -- Кстати, когда я подходил к люку, то слышал тихий перезвон. Что это? Эхо сгоревшей колокольни?

 Дебора задержалась у самой двери. Всего лишь на мгновение вопрос привел ее в замешательство.

 -- Нет. Эти колокола своего рода предупреждение для меня и для каждого, кто попытается забрать то, что спрятано под землей. Таких смельчаков ожидает суд, конечно, только в том случае, если удастся их поймать.

 -- Какие странные законы, - я тяжело вздохнул, не понимая ни слова из ее объяснений.

 -- Например, в любом городе после убийства бьют в набат, пока преступник еще не пойман, - уже более терпеливо пояснила она. - Если услышишь тревожный звон, значит другие колдуны уже знают, что кто-то завладел сокровищем. Более монотонные звуки раздаются перед началом суда. Люди слышат только слабый отголосок и часто принимают его за гром. Только тот, кто причастен ко всему этому, может различить в начавшейся грозе колокольный звон.

 Дебора взмахнула на прощание крыльями, еще раз приказав ждать ее. Тело красавицы начало бледнеть и в конце концов можно было заметить только дым, быстро просочившийся назад в узкую щель. После ее ухода избушка, как будто опустела, а все происшедшее казалось наваждением до тех пор, пока сундуки со свитками каким-то чудом не очутились в моем жилище. Кованые крышки были снова надежно заперты на замки, а сверху кто-то бережно разложил несколько глиняных табличек с клинописью и ветхие листы бумаги, перевязанные атласной лентой. Долго изучать их мне не удалось. Дебора так же свободно проникла ко мне через щель и потребовала, чтобы я сводил ее в ближайший город.