— Здравствуй, Игорь! — голос мясника заполнил весь зал. — Дела идут в гору, я вижу. По всему городу только и говорят, что в Зареченске наконец-то можно поесть по-человечески.

Я отложил тряпку и вытер руки о фартук.

— Это благодаря вам, Степан. Без ваших рёбрышек вчерашний успех был бы невозможен. Проходите, садитесь. Сейчас приготовлю вам завтрак, от которого вы забудете обо всём на свете. Угощение от заведения.

Степан поднял ладонь, останавливая меня.

— Ни в коем случае, — отрезал он, но без грубости. — Никто не должен работать даром. Твой труд стоит денег, и я это понимаю. К тому же времени у нас кот наплакал — на рынке дел невпроворот.

Он окинул взглядом наш скромный, но сияющий чистотой зал. На суровом лице промелькнуло одобрение.

— А вот если твоя сестрица, — кивнул в сторону кухни, откуда доносилось тихое позвякивание, — соберёт нам что-нибудь с собой к чаю… Чисто символически, за пару монет… Мы будем в восторге.

Улыбка сама расползлась по моему лицу. Этот простой жест стоил больше золота. Степан показывал, что признаёт нашу работу достойной оплаты.

— Настя! — крикнул я в сторону кухни. — Собери нашим дорогим гостям всё самое вкусное!

Из-за дверного проёма тут же выглянула любопытная мордашка сестры. Увидев Степана и Дарью, она радостно закивала и исчезла обратно. Сразу послышалось энергичное шуршание бумажных пакетов и стук крышек.

За спиной мясника Дарья украдкой подмигнула мне. Я едва сдержал смех. Девушка явно унаследовала от отца не только упрямство, но и умение добиваться своего.

— Я тут вот по какому делу, — продолжил Степан, когда Настя скрылась на кухне. Он понизил голос и наклонился ко мне через стол. Лицо его стало серьёзным, словно он собирался поделиться государственной тайной. — Помнишь, я упоминал своего друга-кузнеца? Его зовут Фёдор Громов. Мужик он суровый, старой закалки. Из тех, кто слова на ветер не бросает и всяких пустышек на дух не переносит.

Степан замолчал, явно подбирая слова. Я терпеливо ждал продолжения, попивая чай.

— Фёдор — человек влиятельный. Его слово в городе весит больше, чем мнение половины купцов вместе взятых. Если он скажет, что ты дельный парень, — значит, так оно и есть. Народ ему верит безоговорочно. — Степан помолчал, затем добавил с усмешкой: — А если скажет, что дурак, то… ничего не попишешь, придётся зарабатывать авторитет иначе. Но я-то тебя знаю, парень ты рукастый и с честью. Фёдор такое ценит. Даже если ты и молот не поднимешь, то другими делами заслужишь его расположение. В общем, подумай, Игорёк, покумекай, что да как.

— А взамен что? — уточнил я, понимая, что бесплатным сыр бывает только в мышеловке. Рат, кстати, не даст мне соврать.

— Думаю, договоритесь, — усмехнулся Степан. — Мне несложно свести двух хороших людей. Уверен, вы найдёте общий язык и выгоду. Ну а там и обо мне не забудете.

Я усмехнулся про себя. В каком бы мире я ни оказывался, законы были одни и те же. Уважение нельзя купить за деньги или получить в подарок от добрых друзей. Его нужно заслужить. Собственными руками, делом, а не красивыми речами. И знакомство с таким человеком, как этот Фёдор, было своего рода экзаменом. Испытанием огнём и сталью, если хотите.

— Когда встречаемся? — коротко спросил я, отставляя чашку.

— Завтра с утра будет в кузне. Часов в восемь уже за работой стоит. Если время найдёшь, загляни. Только предупреждаю — он не любит пустой болтовни.