Атаку начали шведы, причем, били не по главному войску датского короля, а по тем солдатам, которые осаждали Эльвсборг. В бой пошли шведские рейтары. Шесть сотен воинов, закованных в броню, вооруженных рейтарскими ружьями, устремились на датских пехотинцев. Задача была разгромить корпус датчан, малочисленный, чтобы уже после оказаться один на один с войском датского короля Кристиана.

Датчане оказались не робкого десятка, при этом весьма обученными и опытными воинами. Поэтому сразу же прорвать оборону датских войск рейтарам не удалось. Сомкнутые ряды датских пехотинцев теряли воинов от выстрелов рейтаров, но и сами немало попадали, как в коней, так и в самих конных стрелков.

В таких условиях, когда не получается перезарядиться, рейтар сразу же теряет большую часть своего наступательного потенциала, становясь мишенью. И пусть пули датских фузей редко когда пробивают доспехи, все равно, то и дело, но рейтары падают со своих коней. Карл понял, что с наскока разгромить датчан не получилось и теперь ему приходится сталкиваться с объединенных войск.

Кристиану дали возможность объеденить свои силы. Правда тот корпус, что ранее осаждал город Эльвсборг, оказался потрепанным, так как атака шведских рейтаров не прошла бесследно.

Два с половиной часа датчане и шведы готовили свои боевые позиции к сражению. Никто ни в кого уже больше не стрелял, давая возможность противнику построить свои ряды. Оба короля хотели лихим наскоком решить исход боя, но и не забывали об обороне. Может только Кристиан, оценивая свои шансы на победу, как малые, решил действовать решительно и всеми войсками, не оставляя резервов.

Два грозных скандинавских воина, достойных потомков вселявших ужас на врагов викингов. Они готовы были лично возглавлять все атаки своих войск, бахвалясь безрассудством. Однако, монархам хватило разума не лететь стремглав, а начать позиционное сражение. Лишь Кристиан рисковал и выставил пушки вперед без должного прикрытия.

Заговорила артиллерия. Это было удивительно, но с двух сторон стреляли в том числе и русские пушки. Датчане так и вовсе половину своей артиллерии закупили у России. Артиллерийская обслуга умирала с двух противоборствующих сторон. Одинаковые орудия, почти идентичный порох, одинаково хорошо выученные артиллеристы. При почти одинаковом количестве пушек ни одна из сторон не имела преимущества. Первым это понял шведский король Карл IX, когда с флангов начала выдвигаться шведская кавалерия, угрожая обрушиться на выдвинутые вперед датские артиллерийские орудия.

Кристиан среагировал быстро, и шведских всадников уже встречали ружейные выстрелы датских мушкетеров, быстро выдвинутых на фланги артиллеристов. Атака шведской конницы имела лишь частичный успех, когда шведам удалось захватить четыре пушки на левом фланге. В дальнейшем датские мушкетеры и пикинеры выстроили непреодолимую стену перед шведской кавалерией. Между тем, убитые были уже с обоих сторон.

— Отец, но почему же вы не посылаете в центр пехоту? Сейчас самый удобный момент. Вы же опрокинете датских мушкетеров, при этом наша кавалерия будет прикрывать от флангового удара. А еще можно выдвинуть тяжелые пушки… — возмущался Густав Адольф, но был перебит своим отцом.

— Уведите его отсюда! Поучать еще будет! — отмахнулся король.

Вот только сказанное сыном отчего-то въедалось в мозг и никак его не покидало. Признать, что сын оказывался прав, Карл не мог, оттого самый грамотный и напрашивающийся вариант, предложенный наследником был отвергнут. Карл решил опрокинуть датчан своей кавалерией.

— За мной, верные мои солдаты! — воскликнул Карл IX, возглавляя атаку своего конного резерва.

В это же время, заметив в зрительную трубу, подаренную русским царем, выдвижение шведского короля, Кристиан решил, что он не менее смелый, но более удачлив, и вообще Бог больше любит Данию [по свидетельствам современников, и шведский, и датский короли часто находились впереди атакующих войск, полностью поглощаясь сражением].