|
Примчался сонный охранник Константин, затрясся, впечатленный обилием мундиров. В дом вошли Турецкий, майор Багульник, оперативники Татарцев, Костромин — мужчина средних лет, задумчивый, неразговорчивый. Сбежала по лестнице, держась за перила, домработница Ольга в кофточке, наброшенной поверх ночной сорочки — щурилась от слепящего света, возмущалась. Турецкий отметил ее безукоризненную сексуальную привлекательность, вызванную не только пробуждением в три часа ночи. Спустилась обеспокоенная Инесса Дмитриевна в махровом халате, удачно скрывающем ее худобу, безутешная вдова Анастасия Олеговна — сильно взволнованная, со спутанными волосами, наспех одетая в шелковый домашний костюм. Спустился даже мальчик в полосатой пижаме — испуганно хлопал глазами, прятал руки в просторных карманах.
— Такой вот шум, а драки нет, — доброжелательно возвестил Турецкий. — Извиняемся за ночное вторжение, это не налет. — Владимир Иванович, в чем дело? — Инесса Дмитриевна подбежала к майору. — Это, знаете, чересчур — врываться посреди ночи! Как вы можете идти на поводу у этого человека? — Успокойтесь, Инесса Дмитриевна, — пробормотал майор. — Мы не с плохими новостями. Александр Борисович посчитал, что будет уместно сообщить вам уже сегодня. — Что это значит? мать и дочь недоуменно переглянулись. — Присаживайтесь, — разрешил Турецкий. — В этом холле удобные кресла и диваны. Не надо нервничать, Инесса Дмитриевна, Анастасия Олеговна и все остальные. Не надо чая, кофе. «А почему, собственно, не надо? — подумал он. — Ладно, переживу». — Успокойтесь, дамы, мы нашли человека, который повинен в смерти Павла Аркадьевича, двух охранников и жителя деревни Корольково Регерта, — важно объявил Багульник. — Мы приехали лишь для того, чтобы сообщить вам об этом. — Господи… — Анастасия Олеговна прижала руки к груди. Прихрамывая, она добралась до ближайшего кресла, села на краешек, пронзительно уставилась на Турецкого. — Наконец-то, — выдохнула Инесса Дмитриевна, опускаясь на диван. Нахмурилась домработница Ольга. — Послушайте, господа милиционеры… и лично вы, Александр Борисович. Все это, конечно, очень мило, благодарим за хлопоты… но неужели приятные новости не могли потерпеть до утра? — Вы тоже присаживайтесь, — предложил Турецкий. — И вы, Константин. Что вы мнетесь там на пороге? И вы, Леонид. Вы уже почти взрослый, можете послушать наравне со всеми. Речь предстояла долгой, а времени на подготовку практически не было. Он надеялся, что тройка-другая экспромтов пройдут успешно. Он дождался, пока в холле воцарится тишина, откашлялся. — Убийца действительно найден, господа. Постараюсь не затягивать свою обвинительную речь. Это следователь прокуратуры Шеховцова Анна Артуровна. Женщины вновь переглянулись. Анастасия Олеговна чуть заметно пожала плечами. — Нам это имя ни о чем не говорит, — пробормотала Инесса Дмитриевна. — Но это не мешает ей быть убийцей, верно? Достаточно того, что ее хорошо знал покойный Павел Аркадьевич. Мне больно вам об этом говорить, Анастасия Олеговна, но у вашего мужа больше года был тайный роман с этой женщиной. Женщина задрожала. — Вам об этом не известно? — Какая ерунда… Павел Аркадьевич не мог… — Увы. Павел Аркадьевич был хорошим конспиратором. Эти двое были не просто любовниками — они были страстными любовниками. Особенно это касается Шеховцовой… Инесса Дмитриевна, воздержитесь от комментариев. Моя речь не затянется. |
