|
Был Максим, а теперь еще прибавился Гриша. Но она поначалу не беспокоилась. Пару дней супруг безвылазно сидел в доме, смотрел телевизор, спал, воспитывал Леонида — причем воспитывал в жесткой форме, потом победил зов природы — начал собираться на рыбалку. Уехали на джипе в десять утра — сказал, что ненадолго, просто на «разведку» — проверить, как рыбка себя после зимы чувствует, еще и посмеялся, вспомнив анекдот: мол, долго рыбачить не будем, Витек всего две бутылки взял. Весь день никто из домашних с территории не отлучался. До обеда еще ничего, а после обеда охватила нервозность. Да успокойся, дочь, увещевала Анастасию Инесса Дмитриевна, они же, рыбаки, все такие. Только дорвутся до своих удочек — считай, пропало время. Телефон Павла Аркадьевича не отвечал, охранники тоже не отзывались. Связи нет на озере, решила Инесса Дмитриевна. В глухомань забрались. Да как же нет, не могла поверить Анастасия, раньше была на Лебяжьем озере связь, а теперь нет? И ладно, если бы заблокированы или недоступны, так нет: Павел Аркадьевич просто не отвечает, Гриша не отвечает, а у Максима — сплошная занятость!
Турецкий обратил внимание, что, когда она упоминает охранника Максима, ее лицо окончательно темнеет и начинает подрагивать. Ненужные мысли лезли в голову. По кому она больше скорбит — по мужу или по Максиму? Всякое бывает в жизни, люди не ангелы, восемь лет брака не проходят бесследно, у жены ножки, у мужа рожки, все понятно. Впрочем, с ножками-то как раз у Анастасии Олеговны серьезные проблемы… Когда ожидание стало невмоготу, снарядили в «командировку» Ольгу. Подробно объяснили, как проехать к озеру… — Скажите, она сама вызвалась, или распоряжение поступило… так сказать, свыше? — А это имеет значение? — Вдова недоуменно заморгала. — Мне кажется, это мама настояла. Она сама начала не на шутку волноваться… В общем, как бы то ни было, Ольга уехала на своем подержанном «Фольке». Позвонила минут через сорок — ее голос срывался, слова застревали в горле. Только и поняли, что произошло что-то страшное и Ольга уже вызвала милицию. Сотрудники правоохранительных органов сработали оперативно: когда домашние на серебристой «Тойоте» Анастасии Олеговны примчались на Лебяжье озеро, там уже работала группа криминалистов… Он видел, что ей становится дурно. Женщина не притворялась, она действительно начинала заговариваться, слезы капали из глаз. Он многое хотел еще спросить, но решил отложить. Сделав виноватое лицо, поднялся. — Простите, Анастасия Олеговна, я все-таки разбередил ваши раны. Лучше я уйду. Если не возражаете, я еще похожу по дому, поговорю с людьми. Она поднялась вместе с ним, но, видно, моральные переживания отозвались в организме — она качнулась, побледнела, схватилась за спинку кресла. — Вам нехорошо? — Турецкий подлетел, помог ей сесть. — Да уж, ничего хорошего, пора, как видно, на переплавку… — Она судорожно засмеялась. — Все в порядке, детектив, такое случается. Нет, серьезно, это просто ноги. Новая стадия склероза, знаете ли, — забываю про свои болячки… Сильно смущенный, он простился со вдовой, уверил ее, что сам найдет дорогу. Выходя, не поборол искушение, обернулся. Вдова сидела, откинув голову. Ее глаза были закрыты, но это не мешало литься слезам… По коридору разносился сварливый глас Инессы Дмитриевны. Она отчитывала «сводного» внука, что сидеть за компьютером — это не лучше, чем сидеть перед телевизором. Что искусственный интеллект — ничто по сравнению с натуральной глупостью! И если мальчик хочет чего-то добиться в жизни, он должен расти разносторонней личностью. Можно книжку почитать, можно погулять по саду. А компьютер и телевизор — это просто вдалбливание в голову чужих установок. |
