Мигнула лампочка — на этот раз на столе. Турецкий вздрогнул, повертел головой, сбрасывая дремоту… Выявлены нарушения в работе кооператива «Пищевик», занимающимся «торгово-закусочной» деятельностью (так и было напечатано). Следователем Полежаевым заведено уголовное дело на директора кооператива Ахбарова. Факт дачи взятки, второй факт дачи взятки… Третий факт, вероятно, оказался удачнее предыдущих, дело замято в связи с «вновь открывшимися обстоятельствами»… Громкое дело «мжельских душителей»: двое нигде не работающих долболобов занимались тем, что забирались в дома, где проживали одинокие женщины (при этом возраст жертв не имел значения), слегка их душили и насиловали в извращенных формах. На процессе заместитель прокурора Лопатников, поддерживающий обвинение, выступил с небольшой, но пламенной речью, очаровав присяжных заседателей (особенно женскую их часть), наголову разгромил защиту, отправив долболобов за решетку на четырнадцать лет… Чисто конкретный пацанский наезд на единственное казино в городе. Работали ребята из Асташкова — разбили пару витрин, накостыляли крупье, сбросили люстру. Типичное мелкое хулиганство. Местный авторитет Костя Ниппель считает, что это недоразумение, он сам разберется с пацанами из Асташкова, но следователь Батурин возбудил уголовное дело по факту нанесения увечий… Доблестной милицией городка в результате тщательно спланированной операции задержан серийный грабитель Родик Невинный, дерзко обчистивший через форточку самого руководителя городской администрации. В ходе упорных следственных действий выяснилось, что фамилия задержанного нисколько не отражает его глубокий внутренний мир. На Родика попутно взвалили парочку портящих статистику глухарей (в том числе «диверсию» на электростанции пятилетней давности, когда он трудился там простым электриком). Видимо, органы внутренних дел проводили акцию: признайся в двух преступлениях, и третье на тебя повесят бесплатно…

Заморгала лампочка. Он уже привык к такому ее непредсказуемому поведению, только покосился. На этот раз не обошлось — энергоснабжение не восстановилось, лампочка поморгала и погасла. Вместе с ней погасли неоновые лампы в помещении архива. Потух экран компьютера. Опустилась непроницаемая тьма. Настал конец света. Одновременно Турецкий почувствовал, как засквозило по ногам — видимо, приоткрылась дверь…

Он мгновенно взмок, забилось сердце. Неужели все-таки свершилось, и таинственный господин решился нанести визит? Вернулся пес на свою блевотину? Несколько мгновений он напряженно вслушивался. Стояла тишина. И по ногам уже не сквозило. Померещилось, Александр Борисович? Черта с два вам померещилось, действуй, пока не пристукнули! Он медленно поднялся. Без шума не вышло, пятая точка приклеилась к сиденью, стул потащился за ним и упал на все четыре ножки! Он застыл. В ответ была пронзительная тишина. Глаза упорно не желали привыкать к темноте. Они бы привыкли, дай ему фору в несколько минут… Он на цыпочках пустился в путь, восстанавливая в памяти расположение стеллажей. Кажется, ближайший где-то здесь. Он вытянул руку — и промазал. Опустился на корточки — ох, как это унизительно для такого солидного господина, — двинулся дальше гусиным шагом. Чуть не повалил неустойчивый стеллаж, схватился за него, замер. Если память не подводила, он находился в центральном проходе.