— Возможно, они не пытались убить меня, — медленно согласился я. — Но у него был нож. Не нужен нож, если хочешь только поколотить человека.

Деви фыркнула:

— Мне не нужна кровь, чтобы заставить людей платить долги. Но она помогает.

Я поразмыслил и об этом, пока она закрепляла нитку и накладывала чистую повязку. Возможно, это должно было быть простым избиением — анонимное послание от Амброза, советующее мне уважать вышестоящих. Возможно, это просто попытка напугать меня и заставить сбежать. Я вздохнул, пытаясь не делать лишних движений.

— Я бы хотел верить, что дело обстоит именно так, но на самом деле… Кишками чую, они хотели крови.

Лицо Деви стало серьезным.

— В таком случае я пущу сплетню, — сказала она. — Не знаю, как насчет собак, но кое-что на мельницу слухов я капну, так что люди дважды подумают, прежде чем браться за такую работу. — Она хмыкнула, как-то горлом. — На самом деле они уже думают после прошлой ночи. Это заставит их трижды подумать.

— Очень тебе признателен.

— Невелика работа, — презрительно сказала Деви, вставая и отряхивая колени — Маленькая услуга, помощь другу. — Она вымыла руки в тазике и небрежно вытерла их о рубашку. — Что ж, давай послушаем твое дело, — сказала она, усаживаясь за стол и надевая на лицо деловую маску.

— Мне нужны деньги на быструю лошадь, — сказал я.

— Покинуть город? — Она изогнула бледные брови. — От меня ты так не уйдешь.

— Я не убегаю, — возразил я. — Но мне нужно проделать большой путь. Сто километров до вечера.

Деви чуть расширила глаза.

— Лошадь, которая сможет проделать такой путь, должна много стоить, — сказала она. — Почему не купить почтовую бумагу и не менять лошадей по дороге? Быстрее и дешевле.

— Там, куда я еду, нет почтовых станций, — объяснил я. — Вверх по реке, потом в горы. Маленький городок под названием Требон.

— Ладно, — сказала она. — Сколько ты хочешь?

— Мне нужны деньги, чтобы купить быструю лошадь, не особенно торгуясь. Плюс жилье, еда, может быть, подкуп… Двадцать талантов.

Деви фыркнула, потом, взяв себя в руки, прикрыла рот рукой.

— Нет. Прости, но нет. У меня, конечно, есть слабость к очаровательным юношам вроде тебя, но она не распространяется на голову.

— У меня есть лютня, — сказал я, ногой выдвигая футляр вперед. — В залог. Плюс что угодно из того, что здесь есть — Я поставил на стол сумку.

Она набрала воздуха, словно чтобы отказать мне, потом пожала плечами и полезла в сумку. Вытащила «Риторику и логику» и, мгновением позже, мою ручную симпатическую лампу.

— Опа, — с любопытством сказала Деви, передвигая выключатель и направляя свет на стену. — А вот это интересно.

Я поморщился.

— Все, кроме этого, — сказал я. — Я обещал Килвину, что никогда не выпущу ее из рук. Я дал слово.

Она посмотрела мне в глаза.

— Ты когда-нибудь слышал выражение: «Просящие не выбирают»?

— Я дал слово, — повторил я. Я отстегнул свои серебряные талантовые дудочки и подтолкнул их через стол, к «Риторике и логике». — Такие нелегко достать, сама знаешь.

Деви посмотрела на лютню, на книгу, на дудочки и испустила долгий глубокий вздох.

— Квоут, видимо, это важно для тебя, но цифры просто не складываются. Ты недостаточно хорош для таких денег. Ты едва дотягиваешь до четырех талантов, которые мне должен.