Денна нахмурилась.

— Не складывается. Если они хотели только эту штуку, они могли подождать до окончания свадьбы и просто убить новобрачных. Гораздо легче.

Ее замечание слегка приспустило мои паруса.

— Ты права.

— Больше смысла было бы, если бы они хотели избавиться от любого знания об этой вещи. Как старый король Селон, заподозривший, что регент собирается обвинить его в измене. Убил всю семью регента и сжег все их владения, чтобы убедиться, что никто никогда не найдет ни слова, ни свидетельства об этом.

Денна указала на юг.

— Поскольку все, знавшие секрет, собрались на свадьбе, чандрианы могли прийти, убить всех, кто что-либо знал, и уничтожить или забрать ту штуку, чем бы она ни была. — Она мотнула головой. — Вымели под метелку.

Я сидел совершенно ошеломленный — не столько тем, что сказала Денна, хотя, конечно, это было куда лучше моих собственных догадок, — я вспоминал, что случилось с моей родной труппой. «Чьи-то родители пели совсем неправильные песни». Но они не просто убили моих родителей. Они убили всех, кто был достаточно близко, чтобы услышать хотя бы часть песни.

Денна закуталась в мое одеяло, свернулась клубочком и улеглась спиной к костру.

— Я оставлю тебя размышлять над моей мудростью, пока я сплю. Разбуди меня, когда тебе понадобится еще что-нибудь разгадать.

Я остался на страже, держась больше на усилии воли. У меня был долгий, изнурительный день: я проскакал сто километров и прошел еще с десяток. Но Денна была ранена и больше нуждалась в сне. Кроме того, я хотел понаблюдать, не появится ли снова на севере синий огонь.

Но вспышек больше не было. Я подкармливал костер и вяло раздумывал, волнуются ли Вил и Сим там, в Университете, из-за моего внезапного исчезновения. А что Арвил, Элкса Дал и Килвин? Поинтересуются ли они, что со мной случилось? Надо было оставить записку…

У меня не было возможности отмерять время, потому что облака все еще закрывали звезды. Но я подкладывал дрова уже в шестой или седьмой раз, когда увидел, как Денна вся напряглась и внезапно проснулась. Она не подскочила, но ее дыхание замерло, и я увидел, как ее темные глаза дико мечутся по сторонам, словно она не понимала, где находится.

— Извини, — сказал я, больше чтобы дать ей зацепиться за что-то знакомое. — Я тебя разбудил?

Она расслабилась и села.

— Нет, я… нет. Совсем нет. Я пока не буду спать. Хочешь воспользоваться своей очередью? — Денна протерла глаза и уставилась на меня поверх огня. — Дурацкий вопрос. Выглядишь ты ужасно. — Она начала снимать с себя одеяло. — Вот…

Я отмахнулся.

— Оставь себе. Мне вполне хватит плаща. — Я надвинул капюшон и лег на траву.

— С ума сойти, какие мы джентльмены, — мягко поддразнила она, снова укутывая плечи одеялом.

Я положил руку под голову и, пока пытался придумать остроумный ответ, заснул.

Я пробудился от мутного сна о том, как пробираюсь по заполненной толпами людей улице, и увидел над собой лицо Денны, порозовевшее и резко очерченное светом костра. Как ни крути, весьма приятный способ проснуться.

Я собирался сказать что-нибудь на этот счет, но Денна приложила палец к моим губам, отвлекая меня сразу несколькими способами.

— Тихо, — сказала она мягко. — Слушай.

Я сел.

— Ты слышишь это? — спросила она через секунду.

Я наклонил голову:

— Только ветер…

Она покачала головой и оборвала меня жестом.

— Там!

И я услышал. Сначала я подумал, что это ползут вниз по склону холма потревоженные камни, но нет: этот звук не стихал в отдалении, как должен был бы.