— Как же так, почему я раньше ничего об этом не слышала? — спросила Денна.

— Они очень редкие, — сказал я. — Люди убивают их, не понимая, что они относительно безобидны. Да и размножаются они не слишком быстро. Этому вот, внизу, лет, наверное, двести: он здоровенный, крупнее они не вырастают. — Я перевел взгляд на драккуса. — Могу поспорить, что в целом мире не более двухсот драккусов такого размера.

Мы понаблюдали еще пару минут, но внизу не было видно никакого движения. Денна широко зевнула.

— Боги, я совсем измотана. Ничто так не утомляет, как твердая уверенность в скорой смерти. — Она перекатилась на спину, потом на бок, потом опять лицом ко мне, пытаясь устроиться поудобнее. — Господи, как здесь холодно. — Она резко вздрогнула. — Теперь я понимаю, почему это чудище так тянуло к нашему костру.

— Мы можем спуститься и взять одеяло, — предложил я.

Денна фыркнула:

— Сомневаюсь, — и снова вздрогнула, пряча руки под грудь.

— Вот. — Я встал и снял плащ. — Завернись в него. Немного, но все же лучше, чем голый камень, — Я протянул ей плащ. — Я посторожу, пока ты спишь, и послежу, чтобы ты не упала.

Денна смотрела на меня долго-долго, и я уже наполовину был уверен, что она откажется. Но через мгновение она взяла плащ и закуталась в него.

— Вы, мастер Квоут, определенно знаете, как обращаться с девушками.

— Подожди до завтра, — сказал я. — Я еще только начал.

Я сидел тихо, старясь не дрожать, и дыхание Денны наконец стало ровным. Я смотрел, как она спит, со спокойным удовлетворением мальчишки, который понятия не имеет, насколько он глуп и какие несчастья может сулить грядущее утро.

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ

СКАЛЫ

Я проснулся, не помня, когда успел задремать. Денна осторожно трясла меня.

— Не подскакивай слишком резко, — сказала она. — Вниз далеко лететь.

Я медленно перевернулся. Почти каждый мускул в моем теле жаловался на то, как с ним обошлись вчера. Бедра и икры казались туго скрученными узлами боли.

Только тогда я понял, что мой плащ снова на мне.

— Я разбудил тебя? — спросил я у Денны. — Я не помню…

— Ну, что-то в этом роде, — ответила она. — Ты клюнул носом и упал прямо на меня. Причем даже веком не шелохнул, когда я обругала тебя самыми черными словами… — Денна умолкла, наблюдая, как я медленно поднимаюсь на ноги. — Господи, да ты похож на какого-то артритного старикашку.

— Ну знаешь, как это бывает, — сказал я. — Всегда плохо гнешься, когда просыпаешься.

Она самодовольно ухмыльнулась:

— У нас, женщин, такой проблемы, как правило, нет. — Она продолжала наблюдать за мной, и улыбка сошла с ее лица. — Ты что, серьезно?

— Вчера я проехал около ста километров, прежде чем встретиться с тобой, — сказал я. — Трудновато с непривычки. А когда ночью прыгал, здорово треснулся о камень.

— Тебе больно?

— Еще бы, — сказал я. — Со всех сторон.

— Ой, — задохнулась она, прикрыв ладонью рот. — Твои прекрасные руки!

Я посмотрел на руки и понял, о чем она. Видимо, я ободрал их в бешеной попытке залезть на серовик прошлой ночью.