Наконец то получив ответ, Урсула опустила меч.

– Почему ты просто не забрал мою душу, как пригрозил?

– Просьба об испытании всегда уважается, – его дыхание клубилось вокруг его головы. – А теперь нам пора. Через час рассвет, и я не хочу объяснять смотрителю Национального Фонда, почему ты осквернила монумент эпохи неолита.

– Мы отправляемся обратно в Лондон? – Урсула повернулась к машине, но голос Кестера её остановил.

– Не на машине, Урсула. Мы перенесёмся с помощью сигила Эмеразель, – он зашагал к ней и мягко забрал меч. Сжав тот обеими руками, он навёл кончик на опалённую землю. – И нет. Не в Лондон.

Урсула сунула руки в карманы, пытаясь согреться.

– Видимо, ты мне не скажешь, куда мы направляемся, – похоже, тот огонь выжег её горячку, потому что теперь руки совсем замерзли. Задрожав, она смотрела, как Кестер чертит на снегу и почве треугольник в кружке – тот же символ, что помечал её плечо.

Кестер убрал меч в ножны, затем сунул руку во внутренний карман куртки. С лёгкой улыбкой он достал серебряную фляжку.

Он открутил крышку, глотнул, затем предложил ей.

– Хочешь глоточек? Это Гленфиддик 1937 года.

Урсула покачала головой.

– Нет, спасибо, – она провела рукой под глазами. Косметика с век, наверное, уже растеклась на половину лица. В лучшем случае она походила на пьяную фанатку группы KISS, но хотя бы осталась жива.

– Как хочешь, – он вылил содержимое фляжки в бороздки, которые только что начертил в почве. Затем на мгновение встал на колени, его рука засветилась, раскалившись добела, и по линиям в грязи зазмеилось пламя.

Когда Кестер выпрямился, его взгляд задержался на Урсуле.

– Тебе надо встать прямо передо мной.

Сгорбив плечи от холода, она подошла ближе и напряглась, когда он потянулся к ней и привлёк в крепкое объятие. Он слегка пах кедровым деревом… и странно, но тепло его тела успокаивало.

– Лучше задержи дыхание, – прошептал он ей на ухо.

Он стал тихо напевать на ангельском, и Урсула слушала слова, понимая каждое из них. Он говорил о портале огня и о вечной милости Эмеразель. Теперь она знала ещё кое что о П.У. – видимо, та была какой то ведьмой.

Когда Кестер завершил короткое заклинание, пламя полыхнуло высоко над ними. На мгновение кожу Урсулы опалило изысканной агонией, а потом она рассыпалась пеплом.

Глава 9

С потрескиванием тысячи угольков Урсула вновь появилась в центре круглой комнаты. Атомы и молекулы её тела воссоединились с силой взорвавшейся звезды. Она упёрлась ладонями в колени, её тело содрогалось в рвотных позывах. Что бы она ни сделала только что, человеческое тело точно не предназначено для такого, чёрт возьми.

На её коже трещало электричество, в голове проявилось странное гудение. Каждое её нервное окончание полыхало в знак протеста.

Кестер покосился на неё.

– Ты в порядке?

Выпрямившись, Урсула окинула взглядом круглую комнату, в которой они стояли. Люстра из кованого железа с ярко горевшими свечами свисала с высокого кирпичного потолка.

Она посмотрела вниз. У её ног несколько язычков пламени лизали края треугольника в кругу, вырезанного на полу.

Частицы горячего пепла обжигали её горло, будто она слишком сильно затянулась сигаретой без фильтра.

– Чёрт возьми, – Урсула закашлялась. – Это что было?

– Перемещение через сигил. Ты можешь путешествовать между символами Эмеразель, если знаешь правильное заклинание и представляешь, куда хочешь отправиться, но это не самый комфортный вид транспорта. Настоятельно советую в следующий раз задержать дыхание.

Урсула потёрла глаза, всё ещё стараясь сориентироваться. Стены между тремя высокими окнами были разрисованы странными фресками с танцующими нимфами, сатирами и оккультными символами.