А Ричард, мучаясь от приступов тошноты, выискивает наемных убийц по «Желтым страницам»…

Он обзвонил все лондонские офисы «Нью-Йорк таймс». У них был воскресный экземпляр газеты, и Ричард мог в любое время приехать, чтобы заглянуть в него в поисках нужных сведений или просто на него посмотреть, но взять с собой газету было нельзя. Ему посоветовали обратиться в отдел международных доставок в Северном Айлингтоне. В плаще, с тяжелой от похмелья головой и книгой (на сей раз это была «Биография Уильяма Давенанта, незаконнорожденного сына Шекспира»: к началу будущей недели ему нужно было написать на эту книгу рецензию в 600 слов), Ричард сел в метро на Лэдброук-Гроув. Потом он сделал две пересадки: на «Паддингтон» и на «Оксфорд-Серкус» — и доехал до Айлингтона. Потом он сорок пять минут брел по пустынным улицам, нервно сжимая пальцы, пока наконец не наткнулся на одинокого старика — настоящий кладезь информации, — ютившегося в киоске, битком набитом разными иноземными изданиями: «Франкфуртер цайтунг», «Эль пайс», «Индия тудэй» и множеством других газет, изобилующих текстами на фарси и санскрите. Старик сказал, что он не заказывает воскресные номера «Нью-Йорк таймс», только обычные. В киоске очень мало места. Ричард вернулся домой. Несколько дней спустя, немного успокоившись, он снова обзвонил лондонские офисы «Нью-Йорк таймс», и ему посоветовали обратиться к распространителям в Чипсайде. Ричард последовал этому совету. В Чипсайде ему ответили, что воскресные экземпляры «Нью-Йорк таймс» поступают по подписке, хотя, правда, может быть один, случайно… Ричард употребил все свое обаяние, чтобы очаровать молодую женщину на другом конце провода. Но вся беда в том, что у Ричарда не было обаяния, уже совсем не осталось, и распространительница сказала, что ему придется прийти к ним в понедельник утром и попытать счастья на общих основаниях.

Так начались его еженедельные поездки на склад в Чипсайде, где Ричарда, как правило, проводили через разные помещения, прежде чем отослать обратно. И тогда он ехал в «Маленький журнал», где по утрам писал свои книжные обозрения, запивая их томатным супом из бумажного стаканчика. Этот стаканчик томатного супа был не просто частью дурной реальности, он всегда был еще и дурной приметой… Во время пятого посещения Чипсайда, к вящему изумлению помощника управляющего, Ричард заявил, что ему нужен воскресный экземпляр «Нью-Йорк таймс», но не обязательно за эту неделю. Сойдет любой воскресный экземпляр. Полный смирения Ричард проследовал за помощником управляющего в другое хранилище, где до этого ни разу не был. Здесь валялись воскресные номера «Нью-Йорк таймс» вперемешку с бесчисленными воскресными номерами «Бостон глоуб», «Сан-Франциско кроникл» и проч. Ричард почувствовал слабость в коленях и легкое головокружение при виде печальных, серых, отсыревших, мертвых груд отвергнутой прессы — свидетельства ежедневного человеческого взаимонепонимания, равно как и бесстыдной людской тяги к словоблудию. Боже, неужели никто не может заткнуться. Так или иначе, он сдался и взял то, что больше. В тот день Ричард вернулся домой с увесистым воскресным номером газеты «Лос-Анджелес таймс». Он нес ее в руках бережно, как младенца. Эта газета была не просто больше, чем воскресные выпуски «Нью-Йорк таймс». Она была значительно больше.

На то, чтобы купить и объединить нужным образом упаковочную бумагу и моток шпагата, ушло еще две недели.