Не дождетесь! — сказал Иван, закрыл дверь и пошел дальше по коридору. Спохватился и спрятал оружие за пояс под куртку.

— Есть тут кто? — окликнул Иван.

Коридор был пуст, двери закрыты.

— Сестра! — позвал Иван. — Сестра!

И снова — никого.

— Ну и ладно, — махнул рукой Иван и совсем уж собрался идти дальше, как вдруг открылась дверь палаты рожениц, и в коридор вышла Алла Максимовна, директор интерната собственной персоной.

Взгляд ее из брезгливого стал злым.

— Что вы тут орете, любезный? — процедила дама. — Тут больница, между прочим. И младенцы…

— Кто там, мама? — спросила из палаты женщина.

— Никто, — ответила Алла Максимовна. — Нет здесь никого. Фикция одна.

Ну не стрелять же в нее, подумал Иван. Ну что ты возьмешь со вздорной бабы, заслуженного работника народного образования.

В палате заплакал ребенок.

Вот, малыша разбудили, грустно подумал Иван, повернулся, чтобы уйти, и остановился. Что-то тут было не так. Вот не так здесь что-то было… Совсем не так.

В голове искрило и щелкало, мысли, слова, образы и воспоминания со скрежетом переворачивались в мозгу Ивана, все никак не состыковываясь друг с другом.

— Как найти главного? — спросил Иван.

— Назад по коридору, два поворота, — отрезала Алла Максимовна и хлопнула дверью.

Два поворота, два поворота, бормотал Иван, двигаясь по коридору. Доктор… Разбудили младенца… Кто там, мама? И еще — голос Крыса. Отвезти ребенка… Отвезти ребенка в интернат… И голос Катерины — никогда не дадут подержать в руках… Никогда. Отвезти всех, сказал Крыс. В интернатскую клинику. Через неделю — это уже голос Катерины. Одновременно забеременели. Семь девчонок, предавшихся одновременно и одновременно вышедших замуж за предавшихся… Крыс и Тепа землю рыли… Астуриас пытался разобраться…

Коридор закончился, Иван остановился перед дверью с табличкой «Главврач».

Поднял руку, чтобы постучать, замер. Потом просто открыл дверь.

Главврач сидел за столом, работал. Пальцы беззвучно летали над клавиатурой компьютера, Иван всегда завидовал такому умению, сам он работал тремя пальцами.

— Что? — Врач оглянулся на дверь. — А, это вы…

— Не слышу радости в голосе, доктор, — сказал Иван и тихонько прикрыл за собой дверь.

Неприятная улыбка на лице у него соорудилась сама собой, он даже еще и не успел сообразить, что разговор получится тяжелый — для доктора, во всяком случае, — а улыбочка номер пять уже появилась. На Ивана два раза бросались в драку, не произнеся ни слова, именно после появления у него на лице такой вот улыбки.

— Как-то вы сердито смотрите… — Иван взял стул, поставил его посреди кабинета и сел. — Мешаю?

— Да, — серьезно ответил врач. — Я занят.

— Так и я по делу. — Улыбка стала еще гадостнее, доктор брезгливо поморщился. — По очень важному делу…

— Я… — Доктор снова хотел сказать, что занят, но не смог.

Очень трудно говорить что-либо, когда тебя рванули за воротник, уронили на пол и прижали щекой к полу.

Доктор дернулся, мужик он был крепкий, но Иван не был настроен на дружескую потасовку и приятельское толкание. Удар пришелся в почку, главврач завыл приглушенно и засучил ногами. Громко кричать не получилось — левой рукой Иван придавил лицо к полу.