Она играет с огнем и, может быть, обожжется, промелькнуло у Элиссы в голове. Но сейчас не время об этом думать. Главное, чтобы мужчина, похитивший ее сердце, не разжимал своих объятий и не скупился ни на ласки, ни на поцелуи.

Глава восьмая

Если бы Кейлеб дал ей время, возможно, Элисса запаниковала бы, поняв, что влюбилась в него. Но думать ей было некогда. Он поднял ее, словно она ничего не весила, и понес к своей широкой кровати.

Поставив Элиссу на ноги, он взглянул ей в глаза. Медленно развязал пояс ее халата и обнажил плечи.

— На этот раз мы будем все делать медленно. Я хочу насладиться каждым дюймом твоего тела, и к тому времени, когда я закончу, у тебя не останется сомнений в том, какой особенной я тебя считаю.

С каждым его словом у нее слабели ноги, а беспокойство росло.

Он поцеловал кончик каждого ее пальца и положил руки ей на плечи.

Элисса запустила пальцы в волосы у него на затылке, потом наклонила его голову для поцелуя и прижалась к нему.

— Я тоже хочу кое-что тебе сделать. Объятия — это только одна из этих вещей.

Если бы она подумала над этим, возможно, ее привело бы в ужас собственное бесстыдство. Но когда Кейлеб заключил ее в объятия, она отбросила всякую сдержанность. И в первый раз в жизни решила, что может узнать силу своей чувственности.

Улыбаясь, он медленно снял с нее ночную рубашку.

— Давай снимем остальную одежду.

Вслед за халатом он бросил на пол ее рубашку из переливчатого синего шелка, провел руками по ее бедрам, потом, запустив большие пальцы в резинку ее трусиков, медленно стянул их с нее. А потом разделся сам. У нее перехватило дыхание. Она была права. У Кейлеба идеальное тело. Крепкое и стройное, ни унции жира. Да и как мужчине ему есть чем гордиться.

— Ты прекрасна! — Его голос звучал так почтительно, в нем было столько трепета, что она не сомневалась: он говорил серьезно.

— Я думаю о тебе, то же самое, — мягко произнесла она. — Ты идеален.

Кейлеб шагнул к ней. От его глубокого смешка ей показалось, что температура в комнате внезапно поднялась на несколько градусов.

— Я не идеален, милая, но я постараюсь, чтобы наша любовь была идеальной для тебя, — сказал он и потянулся к ней.

Если бы Элисса не растаяла от его слов, то растаяла бы от прикосновения его твердой мужской плоти к ее коже. По его телу пробежала дрожь, и она поняла, что он чувствует тот же жар, что и она.

Она закрыла глаза.

— Мне нравится, как твое тело прижимается к моему.

Кейлеб наклонил голову и медленно и многообещающе ухмыльнулся.

— Мне больше нравится чувствовать себя внутри тебя.

У нее задрожали колени. Она обмякла и прислонилась к нему. Потом открыла глаза, взглянула на него и прошептала:

— Мне тоже.

Он поднял ее на руки, положил на середину кровати, потом вытянулся рядом и привлек ее к себе.

— Продолжай так говорить, милая, и я вспыхну, как свечка.

Прежде чем Элисса успела ответить, он поцеловал ее в губы с таким отчаянной страстью, что ее охватило пламя желания. Но когда он принялся покрывать поцелуями ее тело, от ключицы до груди, потом взял в рот напряженный бутон груди, она почувствовала себя так, словно сгорит дотла.

Она прижала к себе его голову, и у нее вырвался из груди стон. Восхитительные ощущения, которые у нее возникали благодаря эротическому поддразниванию Кейлеба, доводили ее до неистовства.

— Тебе это нравится? — спросил он, целуя ее в живот.

Кивая, она вздрогнула от сильного желания, которое вызывало в ней теплое дыхание его шепота.

— Пожалуйста…

— Скажи мне, чего ты хочешь, Элисса.