Подошла, ковыляя по неровной земле, Илисиди — она опиралась на свою трость и на руку Сенеди. Теперь Илисиди завела разговор с предполагаемым медиком на тему, сломана или нет лодыжка Банитчи; и Банитчи, угрюмо приподнявшись на локтях, вклинился в разговор, объяснив, что нога онемела, когда взорвался грузовик, а он довершил начатое, когда выпрыгнул в огонь и ударился о камень.

Это было самое подробное описание того, что случилось в засаде, какое Брен до сих пор услышал от Банитчи.

— Вы сможете наступать на нее, идти? — спросил Сенеди.

— При крайней необходимости, — ответил Банитчи, что вовсе не говорило о том, насколько плохо обстоит дело.

«Точно, сломана», — подумал Брен. Даже в лежачем положении лодыжка держалась не прямо.

— Не то чтобы я на нее наступал по своей охоте, — добавил Банитчи. — О какой ходьбе вы говорите, нади?

— Кроме аэропорта Майдинги — а он, похоже, для нас недоступен — есть два, максимум три пути, которыми мы можем выбраться. — Ударил гром, Сенеди переждал, пока смолкнут раскаты — а дождь тем временем не унимался. — Мы получили подтверждение, что Уигайриин надежен, вместе с его взлетной полосой — потому и просили пустить ложные следы через озеро и на юго-запад. Но теперь наши расчеты полетели к черту. Мятежники в Майдинги уже не сомневаются, что мы ответили на их предложение об ассоциации отрицательно и что мы направляемся на запад. А они не настолько глупы, чтобы забыть о нашей ассоциации с Уигайриином.

— Это на север отсюда, — заметил Банитчи.

— На северо-запад. У края холмов. Мятежники вынуждены будут двинуться туда, чтобы захватить взлетную полосу — или вывести Уигайриин из игры.

— С их стороны глупо было бы нападать на Уигайриин, — сказала Илисиди, — пока они не уверятся окончательно, что и Мальгури, и Уигайриин не идут с ними. А они не могли этого знать, пока мы не выехали за ворота конюшни.

— Захватить это место с воздуха нелегко, — сказал Сенеди. — Взятие его обойдется дорого.

— Если они не двинули свои силы по земле заранее, еще до отказа Мальгури, — сказал Банитчи.

— Не исключено, — согласился Сенеди. — Но дайте рассказать о других вариантах. Есть граница с провинцией Фагиони, сразу у подножия высот Уигайриина. Однако может оказаться, что это слабая граница. Чертовски слабая в течение нескольких часов после падения Уигайриина, а нам останется только гадать, укрепится ли граница с лояльной территорией после того, как Уигайриин падет. Есть еще открытая местность, если мы не выберем ни город Уигайриин, ни город Фагиони, а направимся в тамошний заповедник. Триста миль дикой местности, полно дичи. Но ни одного укрытия.

— Опять атаки с воздуха, — сказала Илисиди.

— Чем выбирать этот маршрут, можно с тем же успехом просто отказаться от борьбы. — Банитчи сдвинулся выше, хотел сесть, но сморщился и ограничился тем, что оперся на локоть. — В Фагиони расположена конечная станция железной дороги. Если у них есть голова на плечах, они уже имеют там своих людей. Главные силы уже отправлены. Никакая гроза не остановит поезд. Они знают, что мы не поплыли через озеро. Они знают политическую обстановку на этой стороне. Единственным вопросом для них оставались вы, нанд' вдова.

— И Уигайриин тоже, — добавил Сенеди.

— Но есть еще юг, — сказал Банитчи. — Майдинги.

— Когда нас всего двенадцать? Да они нас выловят за какой-нибудь час. Если прогноз погоды не врет, гроза нам будет помогать до темноты. До тех пор мы скрыты.