— Ух ты… Хорошо ты тут устроился, Ажау, эта вся техника, сам придумал? — спросил Зак, пока они неспешно ехали к мосту, чтоб опять перебраться на центральный остров и дат монстрам знать — мы тут, ловите нас.

— Нет, конечно. Я лишь утверждал проекты. А делали все это обычные инженеры, Южный мир богат на таланты. И что бы обо мне не говорили, я всегда уважал и ценил людей, хоть на что-то годных. Другой вопрос, что таких мало, а бездумная толпа никчемных как правило держит обиду, считая, что они обделены без всяких на то оснований.

— А скажи, Ажау, — решил выяснить Зак некоторые вопросы по теории управления государством, решив в последствии их, частично и в переработанном виде, воплотить в Мене, однако Ажау его перебил.

— Потом, Зак. Похоже, нас заметили.

И действительно, не успели наши герои ступить на мост, как с той стороны показалась и исчезла физиономия одного из чудовищ. Исчезла лишь для того, чтоб через несколько секунд появиться в компании еще сотни таких же физиономий, за которыми показалась вторая сотня, третья… Заку было интересно — каким образом огромные массы чудищ так спокойно пересекали реку, и почему никто не пытался задержать их на мостах. Оказалось, что все очень просто — монстры хоть и кое-как, но умели плавать. Встречай их десять тысяч лучников, и за время неспешной переправы весь миллион был бы перебит еще до того, как достиг бы середины реки. Однако, как было сказано выше, основой армии Южного мира был меч, стрелковое оружие было только на кораблях, которые не ходили по реке, а потому и воспользоваться такой хорошей возможностью никто не мог. Конечно, реши монстры вплавь штурмовать дворец — их бы отбили с легкостью, однако переправиться с одного незащищенного берега на другой им было по силам, что все новые и новые чудища и делали.

Причем, хоть плыли они и не ахти как, в этом месте ширина реки была небольшой, всего порядка двухсот метров, а значит даже с их скоростью на пересечение ушло бы не больше минут пяти-десяти. Немногим больше, чем надо было тем, кто перебирался по мосту. Понаблюдав за переправой пару секунд, Ажау вынес свое вердикт:

— Пора. Зак, держись меня. Мы не должны особо от них отрываться, они должны нас все время видеть. К тому же, я хочу проверить, действительно ли они пойдут за мной, или лишь пустят часть своего войска.

Как именно он собирался это проверить — Ажау не уточнял. А Зак особо и не интересовался. Потому что в Ажау Джуниоре он едва ли не впервые увидел человека, которому можно доверять. Не особо беспокоясь, что тот в последний момент проявит трусость или малодушие. Ну и, конечно же, не растеряется ни в какой ситуации, всегда найдет выход, даже там, где его нет и быть не может. Теперь в правителе Южного мира Зак видел не диктатора и тирана, а человека умелого, а потому заслуживающего на достойное место в обществе. И скажи ему кто, что Ажау надо свергнуть… Впрочем, лучше бы ему никто такого не говорил. Ради собственной безопасности.

Описывать следующие несколько часов занятие неблагодарное. Слишком много раз придется повторить одни и те же глаголы: поехали, остановились, повернули, свернули, съехали, отбились, показались на виду, осмотрелись, вырвались, и т. д. А также прочие части речи: Зак, Ажау, кони, опять, снова, монстры, дом, переулок, улица, не пора ли пообедать, не пора Зак, как знаешь, и т. д. Если к этому добавить несколько союзов и несколько числительных, для нумеровки поворотов и остановок, то в целом выйдет как раз то, что надо. Но все же парой общих слов надо охарактеризировать если не процесс «ловли на правителя», то хотя бы его результат. Заключающийся в том, что монстры, все, сколько их было, весь миллион, дружно вслед за Ажау покинул территорию города, успевшую превратится в древние руины, мечту любого археолога.