|
Я рванулся, что было сил, но только туже затянул удавку! В отчаянии я стал наносить вслепую беспорядочные удары, но мой противник всё время оказывался за спиной. Вам приходилось ловить комара, который подлетает то к одному, то к другому уху, но всегда держится со стороны затылка? Впечатление было такое же, только этот «комар» уже ухитрился перехватить мне дыхание!
Цветные круги поплыли у меня перед глазами. Вероятно, шипы на ременной удавке были смазаны чем-то парализующим. Не в силах удержаться на ногах, я выронил пушку и рухнул на колени, и тут же мне на плечи прыгнул этот проклятый душитель! И это стоило ему жизни! Мистер «Синяя образина» решил, что я больше не способен сопротивляться, но он ошибся! Почувствовав, что противник оседлал меня, я просто сдёрнул его вниз и припечатал о палубу! Не знаю, сразу ли я его убил или только оглушил первым ударом, но ярость настолько затуманила мой рассудок, что я уже ничего не соображал, а продолжал ломать кости и отрывать конечности у безжизненного тела!
Но вот я смог остановиться, сорвать с себя проклятый ремешок и оглядеться вокруг. Бой прекратился, обе стороны просто стояли и наблюдали за поединками между доном Самбульо и чёрным рыцарем и между мной и цветным убийцей. Но ведь синерожих было двое, тогда где же второй? Оказывается он тоже стоял в стороне и выжидал, вместо того, чтобы прийти на помощь товарищу. На его физиономии можно было прочесть смешение чувств: недоверие, недоумение, злобу, отчаяние, страх…
Вдруг он резко развернулся, издал душераздирающий визг и прыгнул, словно внезапно распрямившаяся пружина, в ту сторону, где стояла Анхе! Уже в полёте этот дьявол вскинул руки, к пальцам, которых были привязаны стальные лезвия смазанные, какой-то зелёной дрянью! Я понял, что сейчас произойдёт, если никто не остановит этого ядовитого шизофреника!
Словно во сне я сунул руку в сапог, выхватил оттуда вагрский акинак и метнул его, что было силы! Вообще-то я кидаю ножи довольно средне, у Анджелики это всегда лучше получалось, но тут мне повезло — клиновидный меч настиг убийцу до того, как он снова коснулся палубы и вошёл ему между лопаток по самую рукоять! Пираньи приняли на свои клинки уже безжизненное тело.
А между тем схватка дона Самбульо с отцом-настоятелем была в самом разгаре. Оба противника, казалось, не ведали усталости. Оба были невредимы, и каждый показывал великолепную боевую выучку. Чёрный рыцарь работал, как машина, воздух гудел от взмахов его меча. Дон Самбульо продолжал кружить вокруг него, но, несмотря на молниеносные движения его оружия, отец-настоятель оставался невредим. Не представляю себе, сколько мог продолжаться этот поединок, если бы противники бились на ровном поле? Но здесь, среди валяющихся под ногами изломанных предметов и человеческих тел, случилось именно то, что должно было случиться: уклоняясь от очередного выпада вражеского меча, дон Самбульо поскользнулся в луже крови и…
Громадная фигура отца-настоятеля, рыцаря в чёрных доспехах нависла над человеком, отчаянно пытающемся сохранить равновесие. Двуручный воронёный меч был занесён для удара, который уже нельзя было отвести. Дон Самбульо опрокидывался навзничь и я понял, что он обречён. Вот чёрный клинок ринулся вниз, с воем рассекая воздух… Признаюсь честно, я зажмурился!
— Не-ет! — Разорвал звенящую тишину девичий крик и гибкое тело метнулось к сражающимся.
Всё это длилось, какие-то невероятно долгие доли секунды, но я всё же успел подумать, что если Анхе успеет встать между ними, то здесь будет не одна, а две жертвы!
Тот, кто бывал в подобной ситуации, знает, что мгновения при иных обстоятельствах имеют свойство растягиваться. Я видел, как Анхе занесла руку для удара, а чёрный рыцарь слегка повернул к ней голову, но тут же снова переключил внимание на продолжавшего падать дона Самбульо, по-видимому, не увидев для себя опасности. Пиратка налетела на отца-настоятеля сбоку, и обломок её сабли бессильно звякнул о его кольчугу!
Анхе тут же отскочила от закованного в сталь великана, словно мячик, ударившийся о скалу, но вероятно этого хватило, чтобы отвлечь его внимание на немыслимо краткий миг! И тут случилось чудо! Я называю это чудом, потому, что ни до, ни после не видел ничего подобного. |