Мы спокойно вышли из кустарника и направились к посёлку. Лена и Тоня вооружились автоматами, Мутный от оружия отказался, зато подтянул поближе около десятка мутантов.

При виде нас жители деревни тут же захлопнули ворота, а вскоре над забором возникли головы защитников, ну и стволы, которые, естественно, сразу направили в нашу сторону.

– Ближе не подходите, завалю на хуй! – крикнул один из них. – Вам чего надо, кто такие?

– А ты не охуел, пёс ебаный?! – рявкнул в ответ Мутный. – Тебя чё, давно в глазницу не ебали?! Открывай двери, гнида, ваши новые хозяева пришли.

– Ты чё, пидор, говна с утра въебал?! – понеслась словесная перепалка. – Я сейчас Бабая вызову, он вам быстро очко на британский флаг порвёт.

– Я твоему Бабаю ещё вчера ебальник обоссал, открывай ворота, пока я в расположении! – продолжил орать Мутный.

И странно, жители всё ещё не реагировали на его оскорбления, крепкие нервы у ребят, ничего не скажешь. Видимо, всё же придётся начинать первыми.

Я втянул небольшой поток частиц в руку и атаковал.

Забор разлетелся в щепки и, как оказалось, мы сильно недооценили противника, прямо за дощатой преградой оказалось массивное бетонное заграждение. Доски выполняли лишь роль опалубки, которую попросту решили не разбирать. С другой стороны, разведку ведь никто не производил, так что нет в том ничего удивительного.

Это, конечно, вряд ли нас остановит, но право первого хода нам совершенно ничего не дало. Разве что кроме ответного огня.

Автоматы и пулемёты грохнули одновременно, я даже поморщился от неприятного ощущения. Но защита прекрасно справлялась со своей задачей, пули вязли в ней, останавливаясь примерно в полуметре от нас.

Раньше я вряд ли смог бы так долго сдерживать такой плотный огонь или попросту не вышло бы отвлечься на атаку. Но не сейчас, когда силы выросли, а контроль над заклятиями позволяет одновременно использовать аж четыре или пять штук.

Очередной поток частиц в руку, часть на подпитку щита, а остальное в разогрев бетона. Насколько я знаю, при экстремальных температурах он имеет свойство стрелять и взрываться. По крайней мере, его защитные свойства точно сойдут на нет.

Стена уже в первые пять секунд покрылась трещинами, при этом в некоторых местах действительно с треском отлетали неслабые куски. А следующий мой удар обрушил разогретую часть вместе с защитниками, которые и без того уже вовсю вопили и прыгали с раскалённой стены.

И в этот момент атаковал Мутный. Несколько кабанов, с визгом, разбрасывая вокруг кислотные слюни, рванули в брешь, чуть позже к ним присоединились и огромные обезьяны, с медвежьими мордами. А ещё мы впервые увидели огромных ящериц, похожих на комодских Варанов. Вот только они были очень быстрые, а ещё периодически исчезали с глаз, очень умело меня расцветку, которая, впрочем, не всегда поспевала за хозяевами.

В деревне быстро началась паника и, думаю, не без помощи Царя, чьи глаза уже вовсю полыхали ледяным синим светом.

Ну а раз уж по нам больше никто не стрелял, то и мы, не спеша, прогулочным шагом направились к пролому в стене.

Навстречу выскочил какой-то мужик с глазами полными ужаса, но далеко не ушёл. Следом вылетела горилла, схватила того за ноги и рванула в разные стороны.

Влажный хруст перекрыло предсмертным криком, а вслед за оторванной ногой порвалось ещё и брюхо, и на землю вывалились скользкие, вонючие кишки.

Теперь, помимо пылающего синевой взгляда, на лице Петра появилась и кровожадная ухмылка. Он действительно находил смерть приятным зрелищем, даже возбуждающим.

Мы шагнули в периметр. Да, всего десять мутантов, а какой беспредел уже успели учинить. А всё потому, что я смог прикрыть их на первых этапах боя. Сейчас в центре посёлка уже издыхал один из обезьяномедведей, где-то за поворотом слышался свинячий визг и, скорее всего, тоже предсмертный.