– Лайла, я… я… я… – Я рыдала так сильно, что захлебывалась собственными слезами, поэтому опустила окно и глубоко задышала, пытаясь успокоиться.

– Ох, малышка, – вздохнула она. – Это просто переезд. У тебя все будет хорошо. У нас все хорошо. – У всех, кроме одного.

– У всех? – затаив дыхание, спросила я.

– Да, клянусь, мы все в порядке. И ты тоже будешь, – продолжала она явно отрепетированную речь. – Мы будем скучать по тебе, но рады, что ты живешь далеко. Жаль, что мы будем очень далеко.

– Лайла…

– Милая, не расстраивайся. Уверена, у тебя появятся друзья на новом месте. Ты сильная девочка. Оправишься в два счета.

– Я не могу. – Я заплакала в трубку. – Я н н не могу.

– Выбора нет, дорогая, ты закончишь колледж и будешь жить прекрасной жизнью. А мы все будем издалека тебя поддерживать. Я так рада, что ты уехала из этого захолустья и никогда не вернешься.

– Я могу приезжать. – Вопрос повис в воздухе, а на заднем фоне раздался резкий шепот, но мне не удалось разобрать, о чем они говорят.

– Нет причин, детка… Сегодня мои мальчики покидают меня, и я не знаю, как долго они будут отсутствовать. – Они уезжают, и их невозможно будет отследить. Это осознание оседает в животе грузом.

– Надеюсь, ты знаешь, что тебе будет лучше подальше отсюда. – Это было предупреждение, и Лайла передала его с нежностью материнской любви. – Ничего хорошего из твоего возвращения не выйдет. Ты ведь не хочешь закончить высохшей старушкой, работающей на заводе. А мы хотим для тебя только лучшего.

– Лайла…

– Мне надо бежать, но я просто хотела сказать, что буду скучать по тебе.

Когда она повесила трубку, я закричала от поражения. Ни Шон, ни Тобиас не захотели со мной поговорить.

Все было кончено.

Мое будущее определено, мои узы разорваны – они не хотели, чтобы я возвращалась. Мне не предоставили выбора, права голоса. А я уже прежде жила в такой реальности.

Окончательно тронувшись рассудком, я крушила все вокруг себя от бесповоротности случившегося. Все равно бы все плохо кончилось, но это расставание лишило меня человечности.

Я переехала в Трипл Фоллс юной девушкой, желающей только одного: испытать себя, поддаться своей дикой природе и претворить в жизнь истории, о которых потом можно будет рассказывать.

Оказавшись той ночью в своей новой квартире в Атенсе, я была женщиной, которую воспроизвели на свет божий обман, ложь, похоть и любовь, чья сущность была окутана роковыми тайнами, историями, коими я никогда не смогу поделиться. Стараясь уберечь, выстроив мое будущее, они оставили меня чахнуть и гнить вместе с этими секретами.

Несмотря на усердные старания моих парней и билет в первый класс, который купил мой отец, я просто хотела вернуться и позволить огню поглотить меня. Но, несмотря на все беды, к которым привел мой приезд, в попытке защитить меня взамен они лишь просили не возвращаться и сохранить их тайны.

Так я и поступила.

Крещенная огнем, я носила маску, пока она не приросла к моему лицу. Хранила наши тайны, выполняя их приказы в точности как было наказано, а сама пыталась вновь обрести некое подобие жизни.

И по прошествии времени это мне тоже удалось.

Я превзошла свои собственные ожидания, но время стало лишь петлей, которая давала мне по сантиметру за раз. И теперь, оказавшись здесь, я не собираюсь продолжать этот фарс. Эта просьба неприемлема.

И поэтому я потребую ответы у человека, который должен мне объяснения. И не уеду, пока их не получу.

Это моя последняя клятва самой себе, едущей по дороге к забытому дому.

Глава 29

Меня охватывает страх перед неизвестностью, но ничего другого я и не жду, смотря со стороны ворот на шикарное поместье.