Моя комната, а вернее, несколько комнат находились в одной из башен поменьше. Само по себе слово «поменьше» мало подходит к описанию этого огромного помещения. Белые каменные стены. Деревянные полы. Прозрачные окна от пола до потолка, выходящие прямо на море. Большая, королевских размеров, кровать. Рядом — просторная гостиная с двумя огромными диванами. Вместительный бар, наполненный лучшими напитками. Ванная с ванной, утопленной в пол, сауной и навороченной душевой кабиной с гидромассажем (она одновременно выстреливала водой в пять разных участков тела). Над спальней располагался кабинет, полностью оборудованный всеми современными приспособлениями; в кабинет можно было подняться по винтовой металлической лестнице.

Однако больше всего в моей комнате поражали три плоских экрана. Они были удобно расположены: один около кровати, второй в гостиной и третий на письменном столе. Управлять ими было легко — коснешься пальцем, и на экране высвечивается нужная информация. Для начала я выбрал надпись «Видеотека». На экране появились буквы алфавита. Букве «А» соответствовал список примерно из тридцати фильмов. Не собираясь ничего смотреть, по крайней мере сейчас, я нажал на «Альфавиль» Годара. Внезапно ожил плоский экран «Панасоника». Замелькали первые кадры. Удовлетворив свое любопытство, я нажал кнопку «Назад». Снова появился алфавит. Я коснулся буквы «Г» и выбрал «Гражданина Кейна». Отличный фильм, но, думаю, Чарльз Фостер Кейн никогда не располагал такой игрушкой, как эта система у Флека.

В дверь постучали. Я прокричал «Войдите», и в комнате появилась Мэг.

— Не возражаете, если я распакую ваши вещи? — спросила она.

— Спасибо, но я могу сделать это сам.

— Это часть обслуживания, — пояснила она, поднимая мой чемодан. — Я ваш дворецкий. — Мэг слегка улыбнулась, позволяя разглядеть намек на иронию. — Вижу, вы уже освоили электронную систему. Остроумно, верно?

— Да уж. Потрясающий набор фильмов!

— У мистера Флека есть все, — сказала Мэг, исчезая в соседней комнате вместе с моим чемоданом.

Я поднялся наверх в кабинет, достал свой ноутбук и подключил его к Интернету. Через наносекунду я уже просматривал свою электронную почту. Среди дежурных посланий Брэда Брюса и Элисон было и то, которого я ждал.

«Дорогой! Тут полное столпотворение. Но я держусь. Скучаю. С».

По поводу этого письма мне в голову пришли несколько мыслей. Первая была такой: «Ладно, наконец-то она объявилась». Вторая выражала надежду: «Что же, по крайней мере, она написала, что скучает». А третья, наоборот, тревогу: «Почему она не написала «с любовью»?»

Затем я заставил себя думать рационально. Салли в данный момент находилась в особых обстоятельствах. В Голливуде профессиональный кризис такого масштаба немедленно превращался в нечто, сравнимое с осадой Сталинграда.

Иными словами, она была занята по уши.

Снова послышался стук в дверь. Вошла приятная женщина лет тридцати: глубокий загар и короткая стрижка; одета в стандартную для острова форму: майка и шорты. Как и Мэг, она напоминала активную студентку университета, наверняка бегающую на свидания к нападающему по имени Бад.

— Приветствую вас, мистер Армитаж, — сказала она. — Меня зовут Джоан. У вас все в порядке?

— Все отлично.

— Слышала, у вас есть сценарий, который надо перепечатать.

— Совершенно верно, — обрадовался я, выхватывая рукопись из портфеля и направляясь в гостиную. — Но боюсь, у меня нет записи на диске…

— Об этом не беспокойтесь.