— Спасибо, мистер Фишер. Я получил необыкновенную поддержку со стороны всех на канале.

— Ну, семья есть семья, Дэвид. И пожалуйста, зови меня Шел…

Элисон едва не поперхнулась сигаретным дымом, когда я рассказал ей об этом разговоре на следующее утро.

— Знаешь, почему твой новоявленный друг Шел так заботится о семье? Он только что отчалил от своей жены номер три и переместился — нет, ты только подумай! — к своему врачу-проктологу, которая, на минуточку, двадцативосьмилетняя сербка с такими буферами, что рядом с ней покойная Джейн Мэнсфилд показалась бы плоскогрудой!

— Где, черт возьми, ты только узнаешь эти грязные сплетни?

— Из колонки Тео Макколла, разумеется.

— Это не смешно.

— Да нет, смешно, потому что сейчас он и стал всеобщим посмешищем. Шоу-бизнес распял этого ублюдка.

— Это сравнение в духе Голливуда — как будто ты лягнул громилу на улице в пах… и все пришли в восторг.

— Я ничего особенного не сделал. Только рассказал правду.

— Ну да, и ты заслужил награду за силу воли и характер, не говоря уже о том, что ты вообще отличный парень.

— Ты, часом, цинизмом не грешишь?

— Я? Цинизмом? Как ты можешь говорить такие вещи! Но вот что я тебе скажу, Дэвид: я, мать твою, почувствовала большое облегчение. Мне думается, что ты в этой ситуации победил.

— Мы еще не полностью выбрались из дерьма, — заметил я.

В то же утро, позже, в мой офис с весьма довольным видом заглянула Трейси:

— Я только что проверила прессу, Дэвид. Упоминание о колонке Макколла, а также о том, что «Лос-Анджелес Таймс» разоблачила его как неудавшегося писателя, есть в «Нью-Йорк Таймс», «Вашингтон Пост» и «США сегодня». «Сан-Франциско Кроникл» тоже дала маленькую статейку. Откликнулись местные газеты в Санта-Барбаре, Сан-Диего и Сакраменто. Но все эти публикации явно в твою пользу… благодаря Уильяму Уанамейкеру. Кстати, не стоит ли нам послать ему скромный презент от твоего имени в знак признательности?

— Он действительно любит оружие, чучела бегемотов и всю эту хрень в стиле позднего Хемингуэя?

— Да, есть у него такая страсть. Но если ты думаешь, что мы собираемся послать ему базуку…

— Как насчет ящика хорошего виски? Он ведь все еще здорово поддает?

— Ага, и обязательно закуривает «Лаки Страйк» во время каждого интервью, только чтобы показать, как он ненавидит всех этих калифорнийских радетелей за здоровье. Так что я согласна, что ящик виски будет очень кстати. Какую марку предпочитаешь?

— Пусть оно будет не меньше пятнадцатилетней выдержки.

— Будет сделано. А что ты хочешь, чтобы было написано на карточке?

Я немного подумал, потом сказал:

— Как насчет… «Спасибо»?

— Пожалуй, достаточно.

— Да, и пока мы в теме… спасибо тебе, Трейси. Ты все сделала блестяще. И действительно спасла мою задницу.

Трейси улыбнулась.

— Это моя работа, — сказала она.

— Но мы еще не совсем с этим покончили, верно?

— Давай скажем так: от своих шпионов в «Леджит» я слышала, что Макколла сильно потрясла статья, в которой он представлен бесталанным завистником, использующим свою колонку, чтобы отомстить за профессиональную неудачу.