В ответ германские войска вошли на территорию Латвии, и второго декабря Курляндия вошла в состав Рейха. Там немедленно развернулись тяжелые встречные бои. И та и другая сторона активно использовала танки, но лишь в качестве поддержки пехоты. Основным тактическим приемом оставался прорыв фронта по канонам Империалистической войны, с той лишь разницей, что Красная Армия при этом применяла еще и ввод в прорыв подвижных, в основном - кавалерийских частей для развития успеха. Вермахт, не располагавший столь многочисленной кавалерией, подобным приемом не пользовался...

   Обстановка на фронте складывалась для СССР, в общем, успешно. Красная армия изрядно потеснила поляков, выбила немецкие части с территории Латвии, потрепала румын и развернула наступление на Бухарест. Единственной тяжелой утратой в этот период стала гибель комкора Чкалова - первого Дважды Героя Советского Союза. Пятнадцатого декабря тысяча девятьсот тридцать восьмого года Валерий Павлович принял свой последний бой, в котором сбил свой двадцатый самолет. Заплатив за эту победу своей жизнью...

   На свою голову в военный союз стран Оси влезла Португалия. Испанцы, не забывшие советской помощи и не страдавшие черной неблагодарностью, немедленно объявили войну фашистскому блоку, и вторглись на земли соседа. Португальцы защищались отчаянно, но силы были слишком неравны, и двадцать пятого января тридцать девятого года Федеративная Народная Республика Испания сообщила о включении в свой состав союзной Португальской народной Республики.

   Великобритании ничего не оставалось делать, как присоединиться к блоку Оси. Англичане изо всех сил пытались втянуть в войну против СССР и Японию, но дети Ямато неожиданно напали на британские колонии в Тихом океане. Они вели свою собственную войну, не вступая в союз с блоком большевиков, но и не скрывая своих симпатий к последним. Японцы практически прекратили войну в Китае, сосредоточившись на Сингапуре, Малайзии и Бирме...

   ...Двадцать шестого июля тысяча девятьсот сорок первого года, командир тяжелой танковой бригады, Герой Советского Союза, подполковник Бронислав Ястребов сидел на башне своего КВ и с удовольствием ел горстями из котелка черешню, собранную его танкистами в ближайшем саду. С не меньшим удовольствием он любовался на развалины Будапешта, все еще дымившиеся в отдалении. После разгрома Румынии двадцать девятая армия была повернута на Венгрию и его танки приложили немало стараний, чтобы "жемчужина Дуная" потеряла свой парадный облик, но были изрядно потрепаны в уличных боях. Бригаду Ястребова вывели из состава первого эшелона и в ожидании пополнения матчастью и личным составом использовали на охране дорог и конвоировании военнопленных.

   За спиной подполковника по шоссе текли полноводным потоком колонны красноармейцев, тягачей с артиллерией, танков, машин снабжения...

   - Салуд, компаньеро! Вива Испания!

   Ястребов обернулся и, радостный, спрыгнул прямо в объятия огромного подполковника-десантника, стоявшего возле своей "эмки".

   - Медведище! Живой! Здоровый!

   - Здорово, Дальневосточная! Эка, орденов-то, орденов!..

   - Не прибедняйся, Алексей! У самого-то - не меньше!..

   Подчиненные обоих командиров не долго оставались безучастными зрителями встречи старых боевых друзей. Потянулись друг к дружке, закуривая и гомоня, выискивая земляков и знакомцев, меняясь на память нехитрыми безделушками и такими же нехитрыми трофеями...

   - Про наших-то про кого знаешь? - Ястребов с трудом вырвался из объятий Домбровского. - Переводчик твой, Эпштейн, старшина Политов?..

   - Ранили старшину, да и комиссовали в чистую, - сообщил Алексей. - А Эпштейн закончил командные курсы и в бригаде у меня. Старший лейтенант, взводом снайперов командует.