Тухачевский небрежным жестом остановил доклад. Он прошелся вдоль пирса, махнул рукой, подзывая машину:

   - Я доволен, товарищи, - сообщил он Мельникову и Белокоскову. - Вижу, что дело у вас поставлено, моя помощь тут не требуется.

   В этот момент мимо маршала прошагал на погрузку стрелковый батальон. И тут же, во исполнение приказа Тухачевского: "На погрузку идти весело, с песнями!" - грянуло:

   Командующий АГОН чуть заметно поморщился. Опять пограничники. Всегда пограничники. В стрельбе - первые, в физподготовке - первые, в политической - говорить не о чем...

   А ведь когда он приказывал идти с песней, то намекнул, что хотел бы услышать "Широка страна моя родная..."

   Уже садясь в услужливо распахнутую адъютантом дверцу, Михаил Николаевич добавил:

   - Думаю отметить ваши заслуги в рапорте наверх. Всего, товарищи! - и, не ответив на козыряние Белокоскова, он скрылся в салоне. Автомобиль умчался, обдав остающихся голубоватым дымком. Поэтому следующий батальон оборвал песню на "Но сурово брови мы насупим, если...", и дальше пошел молча и спокойно.

   Начтыла и начпорта заторопились. Дел у них - невпроворот и без маршальских визитов. Подходившим частям было необходимо обеспечить горячее питание. Призывно гудел великан "Трансбалт", вставая под погрузку стрелковых батальонов. Трубили буксиры, выволакивая двух "крымчаков" - "Абхазию" и "Аджарию" на рейд, а под погрузкой стояли еще "Крым" и "Украина", принимавшие на борт летчиков и аэродромное оборудование. Свистели паровозы, выли сирены подъемных кранов, грохотали сапоги пехотинцев, артиллеристов, танкистов... Порт жил своей напряженной жизнью, торопясь закончить погрузку войск в срок.

   10.00, 19 апреля 1937г., Москва, Кремль

   Сталин подошел к большой крупномасштабной карте Испании, висевшей рядом с картой СССР, внимательно всмотрелся в названия населенных пунктов, линию фронта, обозначенную воткнутыми флажками, затем повернулся к Тухачевскому:

   - Значит, товарищ Тухачевский, вы считаете, что даже первый эшелон Армейской Группы Особого Назначения уже может вести активные действия, не дожидаясь прибытия войск второго эшелона?

   - Так точно, товарищ Сталин, и даже не считаю, а полностью в этом уверен! - Михаил Николаевич поднял указку, - Вот здесь, здесь и здесь - районы сосредоточения баскских ополченцев. Вот тут - три республиканских полка. Общая численность этих войск - около сорока тысяч активных штыков. Конечно, они не слишком хорошо вооружены и еще хуже организованы, но мы с вами, по опыту Гражданской войны, знаем: успехи на фронте приводят к тому, что даже самые слабые части получают столь значительное моральное превосходство над противником, что в состоянии вести наступление даже против более многочисленного и лучше вооруженного противника!

   Ворошилов тихонько хмыкнул. Почему-то Тухачевский не напомнил, что малейшая неудача на фронте - и эти, только что браво наступавшие войска бегут, бросая оружие и сдаются целыми полками... Под Варшавой так и было...

   - А прибытие дополнительных двадцати тысяч отлично организованных и прекрасно вооруженных бойцов сразу даст нам значительный перевес над Северной армией генерала Молы. Сейчас у него около пятидесяти тысяч человек, оснащенных танкетками и поддерживаемых немецкой и итальянской авиацией. Как показала практика, авиация фашистов уступает нашей как по качеству самолетов, так и по уровню подготовки пилотов.