– Ваш человек информирует вас регулярно? – спросил Вернон.

– Он далеко не самый образцовый корреспондент.

– М-м-м. – Сэр Вернон кивнул. – Красиво сработано. Чертовски тонкая работа, сэр.

– Вы сами видите, Вернон, – вмешался С., – что непостоянство обстоятельств в деле Рейнса как-то не позволяло нам подключить возможности МИ-пять, чтобы провести тщательное наблюдение за объектом.

– Не меняет дела, – сказал сэр Вернон. – Нельзя играть картами, которые остались в колоде, прошу простить мой американизм. Теперь об этом парне, который приставлен к Рейнсу. Он профессионал?

– Увы, нет. И не самый талантливый человек на свете. Но это была единственная возможность. Воспользуюсь вашим американизмом и скажу: это та карта, что была у нас на руках.

– В настоящее время?..

– В настоящее время, согласно донесениям нашего человека в Барселоне, Рейнс и наш агент с какой-то девушкой находятся в Таррагоне, морском курорте в пятидесяти милях к западу от Барселоны. Наш агент получил небольшое ранение в ходе боевых действий, Рейнс тоже. Сейчас они поправляются.

– Что же, звучит обнадеживающе, – подытожил сэр Вернон. – Это не совсем так, как действовали бы мы, но в главном вы были абсолютно правы, сэр Джеймс.

– Благодарю вас, сэр.

– Видите ли, Джеймс, мы с сэром Верноном провели целую серию переговоров на эту тему. В результате которых вы здесь и оказались.

– Да?

– Сэр Вернон считал, – продолжал С., – что дело Джулиана Рейнса должно быть передано в службу безопасности. Конечно, с этим мы не могли согласиться. Тогда сэр Вернон предложил передать материалы дела парламентскому комитету по разведывательной деятельности и…

– Боже милосердный, сэр, но в таком случае все тут же вылезет на поверхность! Разразится скандал, левые представят Рейнса очередным мучеником, газеты ухватятся за это, и бог знает чем дело может кончиться.

– Вполне разделяю ваше мнение, Джеймс, – кивнул С.

– Но, джентльмены, – заговорил сэр Вернон, – я стремлюсь только к тому, чтобы все материалы, относящиеся к сфере интересов МИ-пять, попадали именно к МИ-пять. Думаю, мы имеем общее мнение относительно цели и исхода данной операции, но, согласитесь, что Джулиан Рейнс может обладать информацией, жизненно важной для государственной безопасности.

– Понимаете, Джеймс, – зажурчал голос С., – мы многого добились в этом направлении. Теперь мы будем продолжать делать то же, что делали прежде, и вы будете поступать так, как сочтете нужным. Только теперь все доклады мы станем передавать госбезопасности для дальнейшего анализа. Вы согласны?

– Да, сэр. – Холли-Браунинг был взбешен.

– Все не так уж плохо, – продолжал шеф. – Все-таки это лучше, чем отдавать чертовой МИ-пять дело на самом интересном месте?

Он улыбнулся.

Холли-Браунинг выдавил вежливую ответную улыбку. Но одна досадная мысль занимала его. Кто дал информацию госбезопасности?

20

Таррагона

– Поверьте мне, – лениво заявил Джулиан, поднимая бокал с шампанским и щурясь на солнце, – ибо я знаю, что говорю. Я был мертвым и был живым, и уверяю вас, что последнее гораздо лучше.

– Слушайте, слушайте, – пробормотал Флорри и тоже поднял бокал.

– За жизнь, друзья, а значит, и за смерть. Ведь все мы умрем когда-нибудь.

Сильвия тоже пригубила шампанское, она пила гораздо меньше своих спутников.