Я перехватил ее руки – боюсь, не так осторожно, как должен был, но она пугала меня. Элизабет смотрела, запрокинув голову, дрожа не то от возбуждения, не то от страха, и горячечно бормотала:

– Пожалуйста, Элвин, пожалуйста! Я прошу тебя… Я все сделаю, все, все, что захочешь! Позволь мне…

Я опустился рядом с ней на колени. Слава богу, в коридоре никого больше не было.

– Элизабет, не надо.

Она затрясла головой.

– Элвин, милый, любимый, пожалуйста, только не уходи, – скороговоркой бормотала она, всхлипывая. – Пожалуйста, умоляю, я не могу без тебя, я пробовала, я очень хотела, но не могу, ты для меня все, понимаешь? Я дышу тобой, вижу тебя везде, ты… Я люблю тебя, пожалуйста, все, что захочешь – клянусь, я все сделаю, ну пожалуйста, я не буду твоей госпожой, я понимаю, ты гордый, ты не этого хочешь, но я буду кем угодно – кем скажешь! Служанкой, рабыней, хоть ручной собачкой – только с тобой. Молю тебя, пожалуйста!..

Я не мог больше этого слышать. Отступать она не собиралась, и просьбы бы не помогли. Поэтому я осторожно закрыл ей рот ладонью – и она тут же ее поцеловала.

Я не понимал, что с ней.

– Элизабет… Ваше Высочество… Я вас не люблю.

Она поймала мой взгляд.

– Я знаю. Это не важно. Моей любви хватит на двоих, только…

– Нет.

Я встал и осторожно поднял ее – она тут же прижалась ко мне, дрожа. Жаль? Да, мне было ее жаль. Немного. Когда же, моя принцесса, я перестал быть для тебя игрушкой?

– Ваше Высочество, я уезжаю.

– Я поеду с тобой! Куда угодно…

– Нет, принцесса. Пожалуйста. Вы найдете себе кого-нибудь намного лучше меня. Вот увидите.

Она заплакала и вцепилась в меня.

– Нет! Не пущу! Слышишь? Я сейчас же пойду к отцу и скажу, что хочу за тебя замуж! Сейчас он не откажет! Мы поженимся, Элвин, только представь! Ты будешь герцогом, ты…

И когда я с ужасом понял, что заставить ее меня отпустить не получится, как рядом раздалось:

– Боги, Бэтси, ты выглядишь жалко.

Элизабет содрогнулась. И крикнула:

– Я его тебе не отдам! Он мой! Мо… – У нее перехватило голос.

Еще бы: у колонны рядом с Шериадой стоял Повелитель и улыбался во все клыки.

– Ты смотри, куколка, кто-то и такого слабака любит. Как любовь-то зла! – Он шагнул к нам. – Милочка, ты не в моем вкусе, но выпить эту горькую любовь я не откажусь: моя горчит не меньше. Иди ко мне.

Элизабет, зачарованная, шагнула к демону. Я поймал ее за руку, потянул к себе:

– Не надо!

– Руадан, в самом деле, – добавила Шериада. – Не при мне же.

– Ревнуешь, куколка?

– Иди в бездну. Я серьезно: катись отсюда. У тебя, кажется, много дел?

Повелитель вздохнул:

– Увы, это так. – Он картинно поклонился Элизабет: – Что ж, прости, милочка, как-нибудь в другой раз. Впрочем, ты и правда не в моем вкусе. Прощай, куколка. До встречи, демонолог.

Он красиво растворился в воздухе, и последней исчезла его тень, густая и черная. Исчезла, словно нехотя, и то, лишь когда Шериада на нее наступила.

– Давай сюда эту дуреху. Ишь выдумала: замуж! У тебя другая судьба на роду написана, Бэтси. Элвин, возвращайся в карету. Я сейчас пришлю Рая, разберусь с моей кузиной и присоединюсь к вам.

– Госпожа, пожалуйста, она не виновата…

– Я понимаю. Ты тоже. Между прочим, Элвин, мое предложение остается в силе: если вдруг захочешь стать герцогом, ради бога, женись на этой дуре.