Опустив книгу, я осторожно взглянул на нее – Шериада смотрела в сторону. И вид имела – ну просто как кошка, лапой наступившая в лужу.

Я обернулся. У стеллажа вальяжно стоял мужчина – совершенно седой, хотя и стариком я его не назвал бы. Лет пятьдесят, не больше. Во всяком случае, морщин на его лице почти не было, а серые глаза внимательно смотрели на принцессу. Следующим, что я заметил, была его одежда, а точнее, куртка. Она была сшита из хорошей плотной кожи, но латали ее, наверное, раз сто, а то и больше. Особенно на плечах неумелые швы очень выделялись. В таких лохмотьях явиться пред светлые очи отпрыска Королевского рода, да еще и стоять вот так, не поклонившись и скрестив на груди руки… Надо иметь немалую смелость. И самомнение.

Так они друг на друга и смотрели: мужчина ухмылялся, принцесса только что не шипела.

Я кашлянул, и Шериада вздрогнула, но взгляда от гостя не отвела. Когда она заговорила, у меня волосы дыбом встали от ее голоса. А мужчина даже бровью не повел.

– Рэ-э-эйвен… Чем обязана?

Мужчина растянул узкие губы в улыбке:

– Твой мальчик на побегушках сказал, что ты ищешь учителя фехтования для новой игрушки. Да, госпожа?

Шериада выругалась. То есть я этого слова еще не знал, но звучало оно как ругательство. Потом она улыбнулась – сладко-сладко. Я почувствовал, как недобра эта улыбка, и вцепился в книгу, как утопающий в соломинку, – а ведь эта улыбка даже предназначалась не мне.

Мужчина только хмыкнул.

– И как же я расплачусь с тобой, Рэйвен из Лонгброк? – пропела принцесса.

Настала его очередь улыбаться:

– Ты пощадишь моего брата, госпожа. И его семью.

Они говорили по-нуклийски, и я подумал тогда: может, я неправильно понял? Он действительно сказал «пощадишь»?

Улыбка принцессы сделалась еще приторнее.

– О Рэй, ты что-то путаешь. Твой брат – мой добрый друг. Я совсем недавно гостила в его замке и осталась довольна приемом.

– Ты отлично все понимаешь, госпожа. Ты не тронешь ни его, ни жену, ни детей. Только тогда я возьмусь за твою работу.

Принцесса покосилась на меня и поджала губы. А потом быстро спросила:

– Ну, может, хотя бы жену? Она же нам обоим не нравится. А, Рэй? Она же суч… кхе-кхе… каких свет не видывал.

– Не более чем ты, госпожа, – откликнулся Рэй и наконец выпрямился. За его спиной были скрещены два длинных меча.

Шериада вздохнула. Потом по-кошачьи плавно поднялась и направилась к мужчине. Я тоже вскочил, но никто не обратил на меня внимания.

– Я не трону ни твоего брата, ни его семью. Я прослежу, чтобы с их головы не упал даже волос. Но за это, Рэйвен, ты должен подготовить моего ученика так, чтобы он прошел отборочный в Арлисс с первого раза.

Рэй нахмурился:

– Это же через две недели.

– Именно.

Он окинул меня изучающим взглядом.

– Ты слишком хорошего мнения о моих способностях, госпожа.

– А твой брат – мелкая гнида, жена ему под стать, а дети – цветы жизни, которые давно не пололи. Уходи, Рэй. Я с удовольствием отдам всю твою гнилую семейку моему брату, а ты отлично знаешь, кто в моей семье самый жалостливый.

Рэй смотрел на нее, и пару мгновений я ожидал, что сейчас он ее ударит. Но он сказал только:

– Хорошо, госпожа. Но ты пообещала.

– Ты сначала работу сделай, – бросила Шериада, поворачиваясь ко мне. – Элвин, это мастер Рэйвен, твой учитель фехтования. Он будет приходить каждый день в это же время… Сколько сейчас? Пол-одиннадцатого. Вы будете заниматься три часа.

– Пять, – перебил мастер Рэйвен.