– Пять, – перебил мастер Рэйвен. – Отбор в Арлисс не из легких, госпожа. А мальчишка, как я понимаю, меч впервые в жизни видит.

Я закусил губу, но спорить не стал. Фехтование никогда не было моим коньком.

– Три. – Шериада царственно опустилась на диван. Она все еще была слаба, но уже была способна самостоятельно пересечь библиотеку. – Ему еще теорию магии учить.

– Госпожа, – усмехнулся Рэйвен, – ты же знаешь, я не волшебник. Чудеса – это по твоей части.

Шериада тоже усмехнулась:

– Ничего, я в тебя верю. Давай, мастер Рэй. Дай мне повод – и твой братец пойдет на эшафот первым.

Между этими двумя буквально искрило. Не будь я участником этой пьесы, посмеялся бы: принцесса просто из кожи вон лезла, чтобы казаться величественной, а мастер Рэйвен, похоже, не привык столько улыбаться.

Он резко выдохнул и тоже выругался.

– Вот и чудесно. – Последнее слово, как и всегда, осталось за принцессой. – Алекс покажет вам тренировочную комнату.

Не поклонившись, мастер Рэйвен направился к маячившему на пороге дворецкому. Весь его вид говорил: «плевал я на этикет и на тебя».

Я оглянулся на принцессу.

– Иди, – кивнула она. – Жду тебя к обеду. В три часа подадут, а вы как раз закончите.

Обычно при словах «тренировочная комната» любой спутник представляет что-то вроде подвала леди Алден: крестовина, наручники, плети. Кто как тренируется. У принцессы это оказалась оранжерея. Воздух здесь был сухой и теплый, стеклянный купол так рассеивал солнечный свет, что, не знай я правду, поверил бы в то, что снаружи лето, а не зима. Впрочем, и летом редко бывает так солнечно.

– Здесь, господа, – поклонился дворецкий, указывая на широкую площадку, окруженную деревьями – странными, с большими мясистыми листьями. Я не видел такие даже в книгах. – Если что-нибудь понадобится, Ори будет ждать снаружи. К сожалению, звонка для прислуги здесь нет, поэтому – кричите.

Ни зеленые богатства оранжереи, ни оружие на стойках мастера Рэйвена не впечатлили. Он глянул в мою сторону и поднял брови:

– А что, наш юный маг телепатией не владеет?

Я промолчал. Дворецкий снова поклонился и поспешил исчезнуть. Мне тоже в присутствии Рэйвена было неуютно, но приказ есть приказ, да и бежать мне некуда.

– Жилет сними, – бросил мастер. Сам он положил свои мечи на ближайшую стойку. – И безделушки тоже.

Жилет я уже снял и теперь оглядывался, куда бы его повесить, чтобы не помялся. Рэйвен смотрел на меня.

– Что? Никаких цепей, кулонов и прочей ерунды? Ты странный маг.

И вдруг он без предупреждения, вообще ни слова больше не говоря, напал на меня. Его мечи лежали на стойке, но в руке блеснул кинжал – и это все, что я успел увидеть, прежде чем клинок прижался к моему горлу.

Так я и стоял минуту или две – замерев, боясь пошевелиться. А мастер Рэйвен держал у моего горла кинжал и смотрел так забавно, словно сам был не прочь этим клинком зарезаться.

– Понятно, – выдохнул он, наконец отстранившись. – Ладно, чего еще я мог ждать? Десять кругов по залу, – бросил он мне.

Что ж, если я боялся, что потолстею, то теперь все эти страхи прошли.

Я тоже захотел умереть уже через полчаса. В школе нас так не гоняли. Точно это помню, потому что такое не забудешь. За пробежкой последовали отжимания, планка и другие упражнения. Лучше бы плети, честное слово! Под конец я просто упал и в глазах потемнело.

Когда я очнулся, мастер Рэйвен с непроницаемым выражением на лице держал меня за запястье и считал пульс.