— Гипролесбум… Укрмакаронпром… Облрыбтранс-потребмонтажупрсыр…

Иностранец? Спросить что-то хочет?

— Ду ю спик инглиш?

— Ниигого. Главгавгав.

— Пардон? Парле ву… Ду ю…

— Никуда, говорю, не дую, дуй сам. Вывески читать надо.

— Что вы хотите этим сказать?

— Понятия не имею. Гляди, во: ВНИИСКОЗДР! Звучит, а? Это тебе не какой-нибудь вниипуп. А МОСОТЭЛЛО — слыхал такое?..

Тут у человека нашего зародилось нехорошее подозрение.

— Скажите, пожалуйста, где мы находимся?

— Где ближайшее кладбище, уяснить желаешь? В Скукоречии, вот мы где. А ты откуда вывалился?

— Из себя.

— А, ну ясно. Из себя что ж возьмешь. А у нас — чево хошь. Бери, тащи, на всех хватит. Заселяем, осваиваем… Тебе чё, небось, диссертацию? Вон в той куче любая рецензия… Эй, ты куда?..

О том, как в одном добропорядочном семействе вундеркинд появился

Долго ли, коротко ли, жили-были в Скукоречии дядюшка Демагог и тетушка Ханжа, супруга его. Внесли большой вклад. Обитали заслуженно в крупноблочной избушке без курьих ножек, зато с лифтом, в благоустроенной квартире, которой были, однако же, недовольны, потому как считали, что заслуживают еще более благоустроенной, о чем и писали соответствующие заявления, не забывая упомянуть, обратить должное внимание и сослаться. Когда недовольны были, а недовольно были 365 дней в году, то с убежденностью утверждали, что жизнь прекрасна, отдельные недостатки с неизбежностью искоренятся, а происки, разумеется, будут всегда, со стороны соседей особенно.

С неукоснительной регулярностью, каждое утро и перед сном, предварительно проверив часы, дядюшка Д. объяснялся тетушке X. в уважении. Тетушка X., в свою очередь, планомерно признавалась дядюшке Д. в неуклонной верности и беззаветной преданности. Все это, вместе взятое, было необходимо для соблюдения супружеской совместимости.

Детей у них не было.

И вот, в один прекрасный вечер, накануне особо ответственного семейного мероприятия — позолоченной свадьбы — подбросила им судьба подарок. Прямо, можно сказать, сюрприз.

Дядюшка Д. еще загодя имел такую задумку: отметить знаменательную дату чем-либо оригинальным. Например, песней. Вынес предложение на семейный совет. Тетушка — X. предложение одобрила и внесла дополнение, чтобы песня была о любви. Дядюшка Д. дополнение принял. Песню сложил на проверенный, хорошо себя зарекомендовавший мотив. Представил к предварительному прослушиванию.

Тетушкой X. песня в целом была одобрена, но в то же время вызвала справедливые критические замечания недостаточной широтой обобщения, а также и некоторой фривольностью: "всемерно обнимаю"?.. Пришлось дядушке Д. попотеть.

но это получилось не совсем выразительно. Пришлось еще попотеть.

И вот, когда на генеральной репетиции в торжественной тишине зазвучал, наконец, в авторском исполнении вариант последний, подписанный:

На самом последнем слове из-за двери раздалось… Ни в сказке сказать, ни пером описать впечатление, произведенное на дядюшку Д. и тетушку X. этим звуком. Потеряли дар речи. Приняли решение совместно выяснить обстановку. В дверной глазок не видать ничего. Осторожненько выглянули.

— Тьфу ты черт!

— Ах, боже мой!

Младенчик, голенький, сморщенный, розовый от натуги — лежит у порога и надрывается, орет благим (пока еще) матом.

— Подкидыш, — определил дядюшка. — Еще не до конца изжитое явление. Я лично предлагаю доставить в милицию. С соответствующим заявлением.

— Нет, — воспротивилась тетушка с громким всхлипом, — он же с неустановленным составом преступления.