– Ну, – произнесла Табита, – все уже кончено.

– Я не хотел, чтобы ты пострадала, – сказал Сэм. – Поэтому и пришел в суд свидетелем.

Табита прикинула в уме: Сэм спокойно относился к тому, что ее промурыжат в тюрьме полгода, а потом еще привлекут к суду по заведомо проигрышному делу. Так что явиться в процесс и выступить там с ничтожными доказательствами не бог весть какой подвиг.

Она хотела было сказать ему об этом, но передумала. Какой в этом смысл?

И она сказала так:

– У полиции нет других версий для расследования.

– Это если ты не подкинешь им новую.

– Думаешь, я сказала, куда направляюсь? Ошибаешься. Никто не знает, что я поехала к тебе.

Табита подумала, что Сэм мог бы с легкостью задушить ее или затащить в свой фургон и разделаться с ней там. Так они сидели и молчали. На бледнеющем небе солнце склонялось к западу. Над головами висели рои комаров. Сэм покачал головой.

– Вот, в общем-то, и всё, – произнес он.

– А я кое-что принесла тебе.

– Что?

Табита открыла свой маленький рюкзак и извлекла из него лист бумаги:

– Я записала все, что случилось, и, по моему мнению, все изложила правильно. Так вот, я хочу, чтобы ты поставил дату и подписал эту бумагу.

– Чистосердечное признание…

Лицо Сэма помрачнело.

– Но если ты больше никогда никому не причинишь зла, я никуда не отнесу его.

– Это ты о каком зле?

– Да не знаю. Но если ты сделаешь что-нибудь плохое, я направлю бумагу в полицию.

– Ты что, шантажируешь меня? – обиженным тоном спросил Сэм.

Табита засмеялась. У нее заболело в затылке, щипало глаза, и вообще было неприятно, но она все равно не могла остановиться в течение нескольких минут.

– Ты убил человека, – наконец, сказала она. – Возможно, он был мерзавцем, но ты все равно убил. И ты же собирался сгноить меня в тюрьме. А это, – она помахала у него бумагой перед носом, – гарантия того, что больше ты не причинишь вреда.

– Да я вообще не такой.

– Все «не такие», пока не становятся «такими».

Она протянула ему ручку и стала смотреть, как медленно ползет его палец по строчкам. Затем Сэм положил бумагу перед собой и вытер лоб тыльной стороной ладони. После чего поставил свою подпись.

Уходя, Табита ни разу не оглянулась, хотя чувствовала на своей спине взгляд Сэма.

На берегу, когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, начался прилив, и небольшие волны лизали подошвы ее сапог, Табита достала лист и прочла все, что там было написано. Затем разорвала его на мелкие клочки и бросила в воду. Они медленно поплыли по темной поверхности среди водорослей и скоро исчезли совсем.

– Домой, – сказала Табита сама себе, хотя это слово не имело для нее особого значения.

Глава 76

Табита снова вернулась в Окхэм. Этого требовало неотложное дело: она выставила свой дом на продажу. Процессом руководил агент, который организовал уборку дома и территории, а также показывал потенциальным покупателям окрестности. Он был весьма воодушевлен вверенным ему имуществом.

– В нескольких минутах от моря! Идеально! – сказал он Табите. – У вас есть какие-нибудь предпочтения?

– Какие еще предпочтения?

Агент объяснил ей, что некоторые владельцы предпочитают продавать дома местным жителям, даже если это может повлечь некоторые убытки, что связано с поддержкой местных общин.