— Значит, конец Аскоту и Хенли и всему прочему?

— Увы!.. Уж что касается первых двух, так это точно, — в ореховых глазах запрыгали бесенята. — Ну, разве что время от времени немного прочего.

Фиона так и зашлась от смеха.

— Уж этот Адам!

Сара и Лаури как по команде вскочили и, стараясь не глядеть в глаза друг дружке, начали убирать со стола. Они отказались от помощи мужчин, и те вышли в сад в сопровождении детей, чтобы поиграть в крикет. Фиона осталась в оранжерее, уткнувшись в груду журналов.

— И что он в ней находит? — с неодобрением проворчала Сара, загружая мойку грязной посудой.

— Да брось ты, Сара! Тут все ясно как день. Целых два пункта. Она тот самый Тридцать второй размер, черные секс-кружавчики, которые я продала ему два дня назад. Адам сам сказал, — засмеялась Лаури, перекладывая салат в пластмассовую коробку. — А второе, у него есть еще одна. Он купил другой комплект — цвета ангельского румянца, тридцать шестого размера.

— Это в его духе! Через неделю он явится за следующим комплектом двух разных размеров.

— И чего это мужчины так падки до этих сексапильных тряпок? Ума не приложу. А что, Руперт тоже?

Сара кивнула головой.

— И ведь абсолютно бессмысленно. Лаури во все глаза уставилась на кузину.

— То есть?

— Да ведь стоит мужчине увидеть тебя в этих причиндалах, как ему туг же хочется их сорвать. Вот так!

Лаури покраснела до корней волос. Сара внимательно посмотрела на нее.

— Так-так! Видно, ты уже на собственном опыте убедилась.

— Только раз.

— И опыт не совсем удачный?

— Совсем даже неудачный. Жизнь у меня тогда была довольно примитивной. Свидания с ребятами из моей школы да пару раз с мужчинами, с которыми познакомилась на работе. А потом это… Надо ж было такому случиться! Я совсем потеряла голову.

— И что произошло?

— Да в общем-то, ничего особенного. Объект моей страсти забыл сообщить мне, что он женат, такая свинья. Это на время отбило у меня всякий интерес к мужчинам. А в Лондоне я пока еще никого не встретила, — грустно улыбнулась Лаури. — Честно говоря, я надеялась, что кого-нибудь встречу, но пока что, надо признать, улицы Лондона не вымощены мужчинами, которые спят и видят, как бы пригласить меня на романтический обед.

— Бедная ты, бедная, — запричитала Сара, и в глазах ее появился воинственный блеск. — Надо что-то придумать. Я попрошу Руперта…

— Нет, не надо, — поспешно прервала ее Лаури. — Я приехала в Лондон, чтоб наладить свою жизнь собственными руками, не забывай. Пожалуйста, Сэл, предоставь мне самой решать что и как.

Сара потрепала ее по щеке.

— Ах, прости, опять я лезу куда не следует. Ну ладно, пойдем, вытащим мисс Тридцать второй размер в сад поиграть в крикет.

Но Фиона наотрез отказалась сдвинуться с места, боясь испортить на ветру свою прическу. Сара и Лаури оставили ее среди журналов и присоединились к компании, вовсю гоняющей мяч, подающей, отбивающей и защищающей воротца.

— А ты как, Лаури? — обратился к ней Адам, протягивая биту. — Не попытаешь счастья?

— Ну, можно попробовать, — с притворной робостью согласилась Лаури, делая вид, что не умеет держать биту. Она лукаво подмигнула Доминику, который расплылся до ушей, глядя, как Адам потрусил по лужайке, готовый дать мяч попроще для новичка. Руперт, на корточках защищающий воротца, с трудом удержался от смеха, когда Лаури, пританцовывая, приняла детскую подачу, мастерским ударом послав мяч далеко в клубнику.