— Полагаю, я могла бы сказать, что это чувство взаимно, — сказала она. — Я бы ожидала, что кто-нибудь другой заберет мою булавку.

— Это часть моей роли здесь, чтобы убедиться, что Турнир Пяти Королевств является впечатляющей демонстрацией силы, и чтобы интересно было наблюдать за собравшимися массами. Преследуя эту цель, я не хочу, чтобы выбирались участники, которые не желают бороться. Мне нужны участники, которые изобретательны, хитры и голодны. Участники, которые не хотят ничего, кроме победы, и сделают все, чтобы ее добиться.

Эйра прокрутила эти слова в голове. Будет ли она сражаться за победу любой ценой? Она полагала, что уже получила ответ. Она сделала этот выбор во время посещения двора.

— С этой целью я хочу помочь тебе. — Ферро задумчиво провел кончиками своих длинных пальцев по губам. Эйра зациклилась на непреднамеренно чувственном движении. — Как насчет того, чтобы сделать еще один обмен знаниями сегодня вечером? Что ты знаешь о лесах и горах вокруг Соларина?

— Хорошая сделка. Мои бабушка и дедушка живут в лесу на окраине Ривенда.

— Насколько я помню, Ривенд находится недалеко от того места, где когда-то были Хрустальные пещеры.

— Это не так. — Эйра посмотрела на огонь, отвлекшись на воспоминание, о котором она уже некоторое время не вспоминала.

— О чем задумалась? — Ферро, конечно, уловил ее состояние. Она задавалась вопросом, могли ли его заостренные уши слышать ее мысли почти так же хорошо, как биение ее сердца.

— Семейная история… упоминание о Хрустальных пещерах заставило меня вспомнить то, что однажды рассказала мне моя мама. После возвышения Безумного короля и разграбления Соларина императрица Валла, хотя тогда она была простолюдинкой, и император Алдрик фактически нашли убежище в доме моих бабушки и дедушки.

— Впечатляющая страница в истории вашей семьи.

— Я тоже так подумала, когда впервые услышала ее, но сейчас это кажется пустяком.

Ферро усмехнулся.

— Забавно, как быстро все может стать пустяком. Я уже привык к горному холоду и кухне Соляриса.

Эйра кивнула.

— В любом случае… я понимаю это чувство. Мои бабушка и дедушка все еще живут в том доме. Одна из моих тетушек в Ривенде. Я выросла в Опариуме, а до этого жила на…

— Юго-западе, — закончил он. — В прошлый раз ты упомянула, что родом из Опарина. — Эйра не могла вспомнить, говорила она это или нет. Но она должна была. Как еще он мог узнать? — Я взял на себя смелость почитать о порте Соларина, и именно это вызвало мое восхищение временем, последовавшим после падения Хрустальных пещер и восстановлением. Поэтому, если ты расскажешь мне, что тебе известно из семейных историй, я поделюсь некоторыми дополнительными знаниями, которые помогут тебе завтра.

— Вы поможете мне сжульничать? — Несмотря на то, что они были единственными в большой комнате, голос Эйры понизился до шепота. Каждая тень, казалось, прислушивается.

— Технически я являюсь организатором. Я не думаю, что это можно считать жульничеством, если я дам информацию тому, кому сочту нужным.

Эйра обдумала это. Может, он прав? У Ферро не было причин демонстрировать свою симпатию. У Маркуса уже были преимущества перед Фрицем. На самом деле, она просто выравнивала игровое поле, поскольку ее брат был ее единственной реальной угрозой. Логическое искажение Эйры простиралось далеко, чтобы оправдать ее действия.

— Но, — продолжал Ферро, — я хочу еще раз подчеркнуть, что никто не должен знать об этих встречах.