— Интересно. — Остин поднял одну из захваченных пешек Кейт. Он покрутил в пальцах выточенную из красного дерева фигурку и пристально посмотрел на Роберта. — Почему вы решили отправиться в эту экспедицию?

— У меня не было выбора, старик. Никакого. — Роберт с трудом вытащил бутыль с виски из пиджачного кармана. Ему это удалось, но вместе с бутылкой он оторвал и кусок кармана.

— Уже поздно, Роберт. — Кейт заметила, как дрожит бутыль в его руках. — Почему ты не идешь спать?

— Да, уже поздно, слишком поздно что-то менять, как и старику Фаусту, — сказал он, в его интонации чувствовалось странное сочетание иронии и грусти.

Роберт вытащил пробку и сделал большой глоток, потом, опершись ладонью о бедро, доверительно наклонился к Остину, делая вид, что хочет с ним посекретничать.

— Знаешь ли, отец все еще надеется, что это путешествие даст мне шанс завоевать руку Кети. Я не ты, я с умом бы использовал миллионы Витморов. Так что, если ты еще не сделал ей предложения, повремени. Ради меня, старик. Может, она решится на этот отчаянный шаг, все-таки уже не девочка.

Его бесстыдство разожгло гнев Кейт.

— Вы уже, наверное, высосали все, что можно, из вашего отца?

Роберт кивлул.

— Я был ужасно гадким мальчиком, — сказал он, покачиваясь. — Очень гадким. Я сдружился с дьяволом, вы знаете. И боюсь, что по моей милости честный Эдвин очутится в богадельне. — Его плечо прижалось к ее. — А вы когда-нибудь вели себя как гадкая девочка, Кети? Неужели вы и на самом деле такая неприступная, какой кажетесь. Не скрою, эго очень мне интересно. Неужто вы до сих пор сохранили невинность?

Кейг посмотрела через доску на Остина. Свет от костра выхватывал из тьмы пол его лица. Оно было спокойным, как гладь глубокого озера безветренным утром. Он бесстрастно смотрел на Роберта, и только крепко стискивавшие пешку пальцы выдавали его гнев.

— Иди-ка ты спать, Роберт.

«Пока не наговорил еще чего-нибудь более мерзкого», — подумала Кети.

— Я видел тебя днем с Маккейном, ты подрезала ему волосы, — прошептал Роберт в ее ухо. — Будь осторожна, старушка. Он не нашего круга, ты понимаешь. Второй сорт, как говорится.

Гнев и возмущение охватили ее. Резко обернувшись, она толкнула его в грудь, и он опрокинулся на песок, как тряпичная кукла.

— Какое вы имеете право говорить о мистере Маккейне таким безобразным тоном.

— Смотри, что ты наделала, пролила мое виски. — Роберт тщетно пытался принять сидячее положение.

Остин вскочил и схватил его за руку. Одним рывком он поставил пьяного паяца на ноги.

— Мне кажется, тебе уже довольно.

Роберт, шатаясь, пытался освободиться от хватки Остина.

— Ты согласен?

Остин улыбнулся Роберту, его губы слегка дрогнули в черной бахроме бороды. Вот так, улыбался и молчал. Просто смотрел на Роберта, и отсвет пламени блуждал в его глазах, которые отливали полированным серебром. Кейт замерла на месте, не сводя глаз с Остина. Странной безмятежностью веяло от него; точно холодный ручей, окутала она, охлаждая ее гнев. Кажется, она не так одинока, как думала.

— Да, ты права, мне лучше пойти в постель, — прошептал Роберт. — Вы не поможете мне, лорд Синклейр? Я не очень твердо стою на ногах.

— Извините меня, — сказал Остин, улыбаясь Кейт. — Я не задержусь.

Она села, подогнув под себя ноги и смотрела, как они направляются к палаткам, Остин, высокий и стройный, и Роберт, привалившийся к нему. Лорд Синклейр поистине был блестящим мужчиной. Женщине легко попасть под его чары, и все же… ее взгляд блуждал по лагерю, пока не наткнулся на темный силуэт Девлина Маккейна.