Да, эта женщина околдовала его — красотой, силой, жаркой своей чувственностью. Он хотел ее. Но не на время. Не для того, чтобы унять боль в паху и пояснице. Он хотел постоянно быть рядом с ней, защищать ее и обнимать, и чтобы так продолжалось вечно.

Вечно.

Глупые мысли.

Лучше выкинуть все это из головы, Маккейн. Только полный кретин позволит завладеть собой женщине, до которой даже не может дотронуться. Но как ему спастись? Как? Ведь она рядом круглые сутки. То ее колени терлись о его спину в каноэ, то ее нежный голос звенел в его ушах, то ее чарующий аромат заполонял его до головокруженья. Он обреченно подумал, что не в состоянии остановить эту сокрушительную лавину.

Как только он добрался до оставленной на берегу одежды, до него донеслись крики. Страх вонзился в его сердце, как нож.

— Кейт!

Он побежал на крики, взметая на бегу песок из-под ног. Выстрел. Еще и еще. Боже милостивый, что же случилось?

Свеча выхватила ее силуэт за желтоватой материей палатки. Она стояла, вытянув вперед руки. Девлин чуть не сорвал полог, когда ворвался внутрь. Она тут же повернулась, целясь ему в грудь пистолетом. Он, споткнувшись, застыл, глядя в эти широко раскрытые, испуганные глаза, чувствуя, что его жизнь в ее руках. Вдруг она выстрелит? От страха…

— Девлин, — закричала она, бросаясь к нему на грудь, обнимая его руками за талию.

— Кейт, — прошептал он, хватая ее руками. Он прислонился щекой к ее волосам, прижимая ее крепче, вдыхая ее аромат.

Это был не сон, а женщина, настоящая, теплая, прикрытая лишь тонкой материей, под которой таились ее прелести, к которым он так долго стремился. Он мог ощущать каждый изгиб ее тела, скользящего по нему: страстное тепло ее грудей, ласкающих его грудь, мягкую выпуклость живота около своего паха, нежные линии бедер. Он чувствовал, как напряглись его мускулы, запульсировала кровь, и судорожно пытался совладать с собой. Он чувствовал, как его тело налилось возбуждением и сжалось.

— На вас совсем нет одежды-Она отшатнулась и подняла на него глаза, около его поясницы болтался теплый ствол ружья.

— И это очень ощутимо. — Девлин продолжал держать ее, хотя она попыталась вырваться. Он знал, что вокруг них собрались всполошенные люди, их вопросы сыпались на его обнаженную спину. А что касается его переда, в данный момент его лучше никому не демонстрировать.

— Что вы делаете? — спросила она, когда он начал отступать к ее кровати, которая представляла из себя брезент и одеяла, раскиданные по песку.

— Мне нужно одеяло.

Придерживая ее впереди себя, он старался скрыть предательские знаки его возбуждения. Но чтобы взять одеяло, ему пришлось отпустить ее и нагнуться над кроватью. Когда он уже выпрямился и начал обматывать мягкий голубой хлопок вокруг своей талии, он заметил, что она не в силах пошевельнуться. Она смотрела на него широко раскрыв глаза и открыв от изумления рот.

На этот раз ему не удалось скрыть желание, которое она всегда умудрялась пробуждать в нем. Несомненно, именно это заставило леди мило покраснеть.

— Кети, что случилось? — спросил Фредерик, проталкиваясь сквозь толпу. — Мне показалось, я слышал выстрелы.

— Кто-то пытался залезть в мою палатку. Я слышала, как оно царапалось и ворчало. Поэтому я выстрелила.

Фредерик посмотрел на Девлина, И в смятении нахмурил свои темные брови.

— Девлин, что случилось с вашими брюками? Девлин почувствовал жар на щеках.

— Я купался, когда услышал выстрелы.

— Купался, — сказала Кейт-Ночью.

— Да. — Девлин пробрался сквозь толпу и высунул голову из палатки. У него не было настроения объяснять кому бы то ни было свои действия.