Каришка

Противный вой сигнализации, который проделал дыру в моем мозгу, внезапно оборвался. И вроде мне бы тут следовало вздохнуть с облегчением, но что-то вызывало подозрения. Сигнализация перестает пищать, если ее отключают вручную, когда опасность ликвидирована. Но по лицам наших стражников, а я должна отметить что на их страшных лицах, изрезанных шрамами, вообще сложно прочесть эмоции, я понимала, что беда не миновала.

– Внимание, внимание. Всем солдатам боевая готовность. Внимание, внимание. Всем солдатам боевая готовность, – говорила бездушная машина приятным женским голосом.

Големы были озадачены.

– Мамочка! – выдохнула я и тут же прильнула к Алании. В ее объятиях было тепло и безопасно.

– Что происходит? – спросила Алания.

Внезапно заговорил Кирилл:

– Это сигнализация прорыва базы.

Его голос осип, он продолжал тяжело дышать после удара в живот. Я переглянулась с Аланией.

– Прорыв базы? – спросила она у Кирилла.

Тот слабо кивнул. А потом посмотрел на меня глазами, полными растущего страха.

– Последний прорыв был в шестьдесят третьем, мне тогда шесть лет было. В тот день мы не были готовы к подобной ситуации и оттого погибло очень много людей, – объяснял Кирилл. – После этого был разработан специальный протокол на случай нарушения границ зараженными.

– И что нам делать? – спросила Алания.

– Бежать в ближайший отсек безопасности, – ответил Кирилл.

– А наш не подходит?

– Нет. Отсеки безопасности оборудованы бронированными дверями с запорным устройством, открывающимся лишь изнутри.

Мы все впятером, включая уродливых стражников, посмотрели на железный шпингалет, очень похожий на тот, который у нас в деревне на уличном туалете висел. И знаете что? Он даже от забияки Мэттью не спасал, который вечно заставал девчонок врасплох, едва те сядут над дыркой. Как выбьет дверь, та как распахнется, ты как закричишь, а Мэттью как заржет!

Придурок.

Короче. Мы фактически сидим в туалете и ждем, когда зараженные выбьют дверь со шпингалетом. Жаль тут дырки нет, куда кучку можно наложить, а то чую я, кончина моя будет вообще нелицеприятной и пахучей.

– Вы слышали? Нам надо бежать отсюда в безопасное место! – Алания обратилась к уродцам.

Те переглядывались друг с другом.

– Это могут быть учения! – рявкнул левый.

– Какие учения по коду прорыва базы? Никогда такой сценарий не отрабатывали! – настаивал Кирилл.

– Нам бы сообщили по рации, если бы это было серьезно!

– А если всем наплевать на нас и они спасают самих себя, пока мы тут ждем?! – голос Кирилла набирал жесткости.

Четырнадцатилетний мальчик отважно призывал к рассудку тридцатилетних громил, которые его одним пальцем раскрошить могут.

Ну я точно ему детей нарожаю!

– Пойду проверю, – буркнул правый.

Он уже открыл дверь, когда левый резко ее захлопнул.

– Ну уж нет! А если пацан дело говорит и надо сматываться?

– Крайслер ясно дал понять: заключенных не покидать!

– Пойдем вместе!

Напарник задумался, а потом кивнул.

– Запрем их на ключ. Крайслер с нас шкуру сдерет, если они сбегут!

Тут уж не выдержали мы и все втроем вскочили с пола.

– Вы что, оставите нас здесь?!

– Проводите нас в безопасный отсек!

Алания бросилась вперед, но ублюдок жестко оттолкнул ее так, что та упала. Я подбежала к ней, Кирилл попытался остановить охранников, но те наставили на него автомат, а потом снова ударили в живот, Кирилл загнулся и упал.