– Хочешь пулю словить? Хочешь, чтоб я тебе мозги вышиб?

– А ну живо всем к стене! Руки на затылок!

Мы поползли назад, с горечью наблюдая за тем, как злыдни запирают нас в конкретно небезопасном месте.

Дверь захлопнулась, послышалась возня ключей, замок щелкнул и две пары ног побежали прочь.

Я тут же кинулась к будущему отцу моих детей.

– Ты в порядке? Ушибся? Дай посмотрю!

Я-то знаю, какое у него хилое здоровье! На физкультуре он подвернул себе лодыжку, просто встав на нее после отжиманий.

– Я в порядке, – Кирилл встал, отряхнулся, а потом улыбнулся мне, как будто конец света вовсе не навис над нами.

Алания в это время подошла к двери и стала ее дергать.

– Никто не знает, что мы здесь, – бубнила она под нос, лихорадочно дергая ручкой двери. – Никто не придет на помощь. Что же делать? Что же делать?

Я смотрела то на Кирилла, то на Аланию – оба что-то высчитывали в уме, словно у этой задачи было математическое решение.

– Может, это просто пожар? Или обвал? Затопление отсека? – Алания пыталась ухватиться за соломинки.

– Я знаю коды наизусть. Это прорыв! – Кирилл был решительным.

Вдруг заезженная пластинка компьютерного голоса прервалась и наступила тишина. Казалось, она тянулась вечно, пока наконец не зазвучала новая команда, от которой у меня мурашки по затылку побежали.

– Внимание, внимание. Проследуйте в ангар для эвакуации. Внимание, внимание. Проследуйте в ангар для эвакуации, – снова приятный женский голос спокойно приказывал драпать.

– Черт подери! – выругался Кирилл и стал долбить в дверь.

Алания присоединилась. А потом к двери кинулась и я.

– Помогите! Кто-нибудь! Мы здесь заперты! Услышьте же кто-нибудь! – мы кричали, перебивая друг друга, в надежде, что хоть кто-нибудь случайным образом будет проходить мимо богом забытого подвала вместе с топором. Не знаю, кто это должен быть. Ангел? Супергерой, который чудом оказывается в нужном месте в нужное время?

Я колбасила по двери как сумасшедшая до боли в костяшках, пока не поняла, что отбила ладони до красноты. Я перестала стесняться и начала плакать, даже рыдать. А как увидела испуганное выражение Алании, так отчаяние накрыло меня с головой.

Внезапно в дверь с обратной стороны что-то ударило. Мы замерли, смотря друг на друга широкими глазами.

– Мы здесь заперты! – крикнула я.

Ко мне тут же подпрыгнула Алания и зажала рот. И только сейчас до меня дошло, что внимание, которое мы пытались привлечь к себе своими криками и шумом, могло исходить от совсем недружелюбных тварей.

В дверь снова ударили на этот раз сильнее. Алания тут же отпрыгнула к стене. Примерно также, как мое сердце отпрыгнуло подальше к позвоночнику.

– Кирилл, отойди от двери! – прошипела Алания.

Кирилл и не думал противиться и тут же оказался рядом с моим плечом.

Снова удар. На этот раз дверные петли заскрипели, замок гулко звякнул.

– Это что, они? – запищала я.

– Тихо! – шикнула Алания.

А потом я услышала самый жуткий звук, который когда-либо слышала в своей жизни. Я услышала их сипение. Оно было таким надрывным, как у бегуна после длинной дистанции. А еще оно было жутко голодным. Не знаю, как описать этот писк, но когда его слышишь, сразу понимаешь, что тот, кто его издает, точно есть хочет. Или пить. Существо за дверью изнемогало. И после этой мысли у меня не осталось никаких сомнений в том, кто был там снаружи.

Зараженный снова ударил в дверь. Я зажмурилась.

– Они нас чуют, – прошептал Кирилл.

– На базе полно людей, они чуют их всех.