Я вскочила на ноги, склоняясь над ним, и в то же время глядя на тумбочку, в поисках телефона, но как Кэри и говорил, в его доме не было телефона. Я заревела, что-то причитая; штаны пропитались его кровью, все в комнате пахло ею, кажется, аромат ощущался даже на языке.

Я попыталась отползти от него, но рука Кэри Хейла вдруг схватила меня за запястье, и я вскрикнула от шока и недоверия. Он сел, вытаскивая нож из груди, и кладя на пол. Мне в уши забился какой-то странный, отвлекающий шум, и я поняла, что это из моего горла вырываются крики/стоны. Кэри Хейл схватил меня за плечи, прижимая к себе, и стал гладить по спине, утешая. Я не разбирала его слов, поняла лишь несколько:

— Прости…я не хотел тебя пугать, но ты должна была увидеть это, чтобы выслушать меня. Энджел, прости… прости, я не хотел…

Я отстранилась от него, не веря своим глазам.

Я думала он истечет кровью.

В моем мозгу Кэри Хейл лежал в гробу.

Я плакала.

Он был мертв.

Я видела, как открывается и закрывается его рот, когда он говорит. До моего слуха донеслось:

— Вот смотри, ничего нет, — он одним быстрым движением стянул через голову футболку. Его грудь была чистой, не было ни единого пореза. — Ничего нет, я не умер…

— Я сумасшедшая… это все в моей голове, да?

Кэри Хейл на несколько секунд отвлекся, достал из шкафа новую футболку, черного цвета, надел ее, и вернулся ко мне.

Перед глазами я видела кровь.

Она была настоящей.

Куда она делась?

Я сжала голову руками.

Наверное, какой-то сбой в моем мозгу.

Я постучала кулаками по голове, и Кэри схватил меня за запястья:

— Хватит, прекрати! ЭНДЖЕЛ, ПРЕКРАТИ!

Он взял меня за талию, поднял на ноги, и отвел к кровати. Я чувствовала, как ноги идут по ковру. Он в крови? Или это все мерещится мне?

Я должна позвонить доктору Грейсон.

— Энджел… — Кэри уложил меня на кровать, среди подушек, и сел рядом. Я перевела взгляд на него, не веря своим глазам. Он действительно жив? Может, он убил себя, а рядом со мной его призрак? Воображение рисует мне, что я говорю, с этим парнем, но на самом деле этого не происходит? Доктор Грейсон предупреждала, что иногда в голове мы говорим с теми людьми, которых потеряли, и это нормально.

— Ты умер?

— Я не умер, Энджел. Я не могу умереть.

— Это не правда, — сказала я. — Это не правда, верно? Ты не умрешь?

Он сжал зубы вздыхая, словно ему было больно. Я уставилась ему на грудь, туда, где нож пронзил его. Это было реальным? Он не может умереть? Или это был фокус, как в цирке? В детстве мы с близнецами ходили в такой цирк, в Эттон-Крик. Это был бродячий цирк, и там было весело. Зак сказал, что ему больше всего понравился человек, проглотивший саблю. Это был фокус. Такой же, как и сейчас, верно?

Я закрыла глаза, представляя, что возможно сейчас я проснусь в своей комнате, от того, что тетя, как обычно заглянула внутрь, проверить, не случилось ли чего.

— Энджел?..

Я не в своей комнате. Я в комнате Кэри Хейла.

Я открыла глаза, наткнувшись на его виноватый, грустный взгляд. Давно я не видела этого лица — сплошь невозмутимая маска.

— Что случилось? — невнятно спросила я, не шевелясь. Мне было уютно среди подушек, и покрывал.

Это мое убежище.

Кэри Хейл все еще сидел передо мной, полностью живой. Наверное, мне все привиделось. Или не привиделось?

Не важно, главное, что он не истекает кровью у моих ног.

— Я сделал кое-что чтобы убедить тебя в том, что ты не сходишь с ума, — прошептал Кэри Хейл, выглядя виноватым.