Он заворочался рядом со мной, отворачиваясь, и я медленно выдохнула.

Нет, это, все же не сон.

К тому же, я не должна удивляться. Со мной столько всего произошло, что меня не должно шокировать пробуждение в другом городе с человеком, который испортил мою жизнь на корню. Нет, это все не должно удивлять меня.

Но я чувствую испуг. Злость. Отвращение. И… любопытство.

Кэри Хейл сказал, чтобы я уехала. А теперь, я просыпаюсь рядом с ним, словно ничего такого не было. Он что, передумал? Или может он вовсе не знает, что я здесь?

Эта мысль была неприятнее всех остальных, вместе взятых.

Я чувствовала себя в одежде, и это могло позволить мне выбраться из постели. Осторожно, чтобы не разбудить парня, выпуталась из одеяла, и встала на ноги.

Отлично — Серена притащила меня сюда в пижаме, и все это навевает чувство дежавю.

Я прокралась в ванную, чтобы умыться. Может, это поможет мне найти выход из положения. Да, холодная вода должна освежить меня. В конце концов, мне не стоит паниковать, потому что я могу уйти, пока Кэри Хейл спит.

Серена обронила, что из-за того, что он болен, ему все сложнее и сложнее просыпаться. Это было логично, и я вспомнила все те разы, когда находила его спящим, и его упрямое заявление, что он не может заснуть. Ну да, конечно. Еще я вспомнила вечеринку в доме Миллигана, когда Кэри Хейл напился. Он тогда утверждал, что не пьянеет. Наверное, все эти вещи, которые теперь он может делать, связны с тем, что он умирает.

Я включила воду, и быстро умылась. Потом, порылась в шкафчике, в поисках чистого полотенца, продолжая размышлять о том, что я спала с ним в одной постели, а этот болван даже не проснулся. Как такое возможно? Я была под воздействием каких-то препаратов… но он… просто спал, и ничего не ощутил?..

Я наконец нашла полотенце, вытерла лицо, а когда опустила руки, а шоке замерла, забыв, как дышать.

Кэри Хейл стоял в дверном проеме, бледный словно призрак, с мрачным, холодным взглядом. Я отложила полотенце, и повернулась к нему, лихорадочно соображая, что сказать, хотя, по сути, это ведь и не моя вина, а Серены.

— Это не я, — выпалила я. Почему мне так неловко и волнительно сейчас рядом с ним? Почему я чувствую вину, от того, как он смотрит на меня?

— Что — не ты? — угрюмо уточнил он.

— Не я пришла к тебе. — Мой голос окреп. Я прочистила горло и продолжила: — Не думай, что я собиралась встречаться с тобой, после всего что ты натворил. Серена как-то… сделала это. Привела меня сюда. Я не знаю, где она сейчас, может быть, она внизу… — Я замолчала. Мое сердце колотилось. Разум орал, чтобы я прекратила балаболить. Если бы холодный взгляд Кэри Хейла умел замораживать, я бы давно превратилась в ледник, но я стояла здесь, краснея.

Я вздохнула:

— Поверь мне, я не хочу быть здесь.

— Ты все время говоришь это, когда приходишь сюда, — напомнил Кэри, возвращаясь в комнату. Я посмотрела в зеркало, посетовала на то, как у меня торчат волосы, и какой болезненный цвет лица, и пошла за ним.

Кэри Хейл сидел на краю кровати, с телефоном в руках. У меня от лица отхлынула кровь.

— Ты же говорил, что у тебя нет телефона.

— Конечно же я солгал, — сказал он как само собой разумеющееся, и даже не посмотрел на меня, затем, встал и пошел в ванную, видимо для того, чтобы я не слышала его разговора. Но я знала, о чем он собирается говорить. И с кем.

Я прислонилась к двери, слушая.

— Серена, ты помнишь, что я сказал, что сделаю, если ты снова вмешаешься в это? Неужели жизнь, которая тебе так нравилась надоела тебе? — Ну, конечно же, этот парень должен начать угрожать.