Мисс Вессекс не боится ничего.

Я с нетерпением жду завтрашнего дня, когда смогу пойти в школу. Когда я смогу увидеть ее лицо; я хочу знать, о чем она думает, как может спать спокойно…

Мисс Вессекс мать Кэри Хейла.

Дверь в мою комнату открылась и меня пронзил страх и паника. Я села, и увидела, как Эшли облокачивается о дверной косяк.

— Ну, и что ты делаешь? — спросила она.

— Я ничего не делаю.

— Вот именно. — Она разъяренно вошла в комнату, хлопая дверью. В ее руке я увидела ключ. Наверное, сделала себе дубликат, чтобы рыться в моих вещах.

Я холодно посмотрела на нее, вставая на ноги:

— Откуда у тебя ключ от моей комнаты?

— Ты еще спрашиваешь? — она надменно фыркнула. — Ты хочешь знать, зачем я сделала ключ? Потому, что ты постоянно запираешься здесь, и как только я вижу, как ты поднимаешься по лестнице, у меня внутри образовывается лед, и я думаю: что если сегодня это случится? Что, если сегодня Скай решит, что с нее довольно, решит покончить со всем этим?

— Ты думаешь… — я задохнулась от ярости: — Ты думаешь, я могу однажды решить, покончить с собой?

— Я знаю, что ты сильная, — с нажимом сказала Эшли. Ее темные глаза блестели от слез. — Я знаю, что ты сильная, чтобы так поступить, но это лишь вопрос времени, когда ты устанешь от этого.

— Устану от чего?

Поведение Эшли лишь ожесточило меня.

— Устанешь прятаться от правды. Когда ты наконец признаешь, что вокруг тебя происходит? Люди гибнут, а ты боишься признать это. Ты думаешь, что сможешь справиться лишь так, но на самом деле, это просто поглотит тебя, без остатка. Словно рак, будет пожирать тебя изнутри, пока ты не признаешься самой себе, пока ты не доверишься другим людям.

— Например тебе?

— Да что с тобой не так, Скай?! — взорвалась Эшли. — Ты такая холодная и отстраненная сейчас, точно все происходит не с тобой. Когда ты начнешь вести себя как нормальный человек?

— Просто оставь меня в покое, Эшли. — Я опустилась на кровать. Мне не нужны были очередные ссоры. Я устала от всего этого. От этих скандалов, что все чаще и чаще стала закатывать мне Эшли.

— Там, — она указала рукой на дверь. — Мой отец хочет найти убийцу твоей подруги, а ты сидишь здесь, и делаешь вид, что ничего не происходит?! НЕ ЗАКРЫВАЙ ГЛАЗА, КОГДА Я ГОВОРЮ, СКАЙ! ТВОЯ ПОДРУГА УМЕРЛА! И ЕСЛИ МОЙ ОТЕЦ ХОЧЕТ ПИСЬМО, КОТОРОЕ НАПИСАЛ ТОМ, ТЫ ДОЛЖНА ОТДАТЬ ЭТО ЧЕРТОВО ПИСЬМО!

— У меня нет этого письма.

— ПРЕКРАТИ ЛГАТЬ!

Почему она просто не заткнется? У нее не болит горло столько орать?

Пусть замолчит!

— Прекрати! Ты не выбрасываешь даже записки, которые ты писала мне в третьем классе, как ты могла выкинуть письмо Тома, где он написал свои последние слова? — Она протопала ко мне, останавливаясь в шаге от меня, и я на секунду решила, что она ударит меня, но она схватила меня за руку. — Где это письмо, я отдам его моему отцу!

— У меня его нет, Эшли.

Она сильно потрясла меня за руку, но я не реагировала. Она поорет немного, и уйдет. Так всегда. Изо дня в день, когда я остаюсь ночевать в особняке Хардманов, она приходит сюда, и орет. Причины всегда разные, но ее разговор так или иначе скатывается на одну тему.

— Ты лжешь, отдай его мне. Я знаю, что ты лжешь.

— У меня его нет, Эшли. Его нет.

— Почему ты так поступаешь? Я думала, что, когда ты поживешь у бабушки, ты обратно превратишься в человека, ты станешь нормальной.

— Откуда тебе знать, какой я должна быть, Эшли? — Не выдержала я, переводя на нее взгляд.