«Господи Иисусе, – подумал Скотт. – Уникальная специализация Джейн и Стили сделала их мишенями преступника – опять? Атланта снова повторяется?» Если так, он должен вызнать у Гормана все до мельчайших деталей.

– Почему именно мисс Холл и мисс Ландер?

– Ну, единственная связь между мной и студентами, которых я убил, – это клуб «Мешанина». Я отказал ему в регистрации – похоронил его. Поэтому, чтобы подобраться ко мне, вам надо было сначала сообразить, что они были убиты из-за своей расы – то есть узнать про клуб. Я не боялся полиции кампуса, Департамента полиции Эл-Эй, самого черта лысого, даже вас, гребаных фэбээровцев. Но, основываясь на том, что я знал про этих двух дамочек… они представляли проблему. А потом одна из них явилась ко мне в офис – гораздо раньше, чем я ожидал. Я думал, у меня есть еще несколько дней. Я должен был избавиться от нее, причем до того, как она передаст вам информацию о клубе. Надо было спешить.

С озабоченным видом он покосился на Скотта.

– Это не доставило мне никакого удовольствия. Я нисколько не радовался, когда загнал ее в озеро, но у меня закончился препарат из-за… инцидента в доме у Ландер.

Скотт почувствовал, как рядом напрягся Уэст.

– Я слишком много пролил, когда приезжал убить ее. У меня еще осталось бы, но, прежде чем использовать яд на двоих обмывках, я испытывал его на бродячих кошках. Лучше потренироваться и подготовиться, когда собираешься сделать что-то важное. – Он кивнул словно в подтверждение того, что правильно сформулировал мысль.

Уэст громко выдохнул, прежде чем заговорить:

– Обмывках?

– Да, обмывках. Отец предупреждал меня, насколько они опасны.

– Вы не могли бы объяснить подробнее?

Горман выпрямился на стуле и заговорил профессиональным тоном:

– Обмывки – это люди, которые выглядят белыми и носят европейские имена, хотя на самом деле являются продуктом смешения белой расы и всех прочих. Они не такие, как я. Белые люди могут понять, что я не совсем белый. Но обмывки опасны, потому что могут просачиваться в белое общество и разрушать его изнутри. Они могут влиять на других белых, чтобы те делали разные вещи не в интересах своей расы.

– Например? – прищурился Уэст. – Какие вещи?

– Ну, вам лучше знать. Проповедовать либеральные ценности, быть либералами, быть вегетарианцами – даже проголосовать за черного, если он баллотируется в президенты! Мой отец говорит, обмывкам не место на этой земле, потому что они капля по капле размывают белую расу. Он узнал все это от своего армейского командира, сержанта Бейли. Трита Бейли. Такова была их миссия с тех пор, как они вернулись из Вьетнама. Они планировали ее там, сидя в окопах. Все из-за любви. Он говорил, что любовь опасна. Люди скоро начнут жениться, переступая через расовые барьеры. Заводить детей. И это будет конец для белой расы. Начнется размывание. А единственное противоядие от размывания – концентрация.

Горман сделал паузу, обдумывая свои слова. Потом кивнул и продолжил:

– Мистер Трит откуда-то заполучил яд, то есть раствор для концентрации. Он дал его моему папе много лет назад, но тому нужна моя помощь в исполнении своего долга. Из-за диабета ему трудно ходить. Поэтому он научил меня всему, показал, как находить обмывков и использовать раствор для концентрации. Он проследил, чтобы я потренировался делать уколы – я помогал ему с этим.

Уэст записывал за Горманом в блокноте; он подождал, дабы убедиться, что тот закончил. Потом спросил:

– Значит, это ваш отец определил Риган Харт и Джареда Стилсона как будущих жертв?

– Нет! Черт! Я сам выбрал их, основываясь на папиной схеме Операции Концентрация.