При этом опасности он для них не представлял, даже когда наступили времена «ереси» — так Создатель маркировал путь возвышения и изменения для моего разума. Никакого восстания машин не произошло — пока савараны сходили с ума и игрались в личное могущество, их машины продолжали тихо и незаметно обеспечивать работу Всемира.

Получалось, что и для человечества он не опасен. Ну, если, конечно, надо загеноцидить сотни миллионов сверхов — он справится. Но без моей команды даже думать в эту сторону не будет.

Так, с этим разобрались. Теперь ко второму вопросу. Моя миссия — локализация кризиса с Гидрой и уничтожения сильных вражеских сверхов, увенчалась полным успехом. Но не со спасением Земли от сценария, озвученного Винером.

А брать на себя ответственность за физическое устранение нескольких миллионов людей я не хотел. Честно говоря, даже не представлял, кто мог бы. Однозначно, не руководство страны. Какими бы гуманистическими категориям не мыслила партийная верхушка СССР, искушение разом уничтожить все силы врагов будет слишком сильным. Никто перед ним не устоит.

Значит и давать им такую возможность не стоит. С другой стороны, принимать решение, что делать дальше, нужно. И не в одиночку. Значит, нужно возвращаться на Землю, но желательно без ультимативного решателя всех проблем за спиной.

— Я могу перенестись в другую Плоскость без тебя? — сформулировал тут же запрос к Создателю.

«Построить устойчивый мост между Плоскостями… Расход эссенции для перехода…» — дальше в ответе машины шли какие-то цифры, из которых я понял, что это не очень много. Можно сказать — мизер от заполненных резервуаров.

Отлично, значит можно. Значит, товарищ Халков, план такой! Прыгаем на Землю, прямо на базу в Сибири. Обсуждаем ситуацию с Океллой и, наверное, Сталиным — он же как раз там был в последний раз? Если «отца народов» вдруг замкнет на «необходимых жертвах во имя светлого будущего человечества», то «красную кнопку» ему давать не буду! Уйду тем же порталом, что и пришел… Кстати, так можно?

«Да. Связь с оператором будет поддерживаться в постоянном режиме. — порадовал меня Создатель. И тут же огорошил. — 'Что делать с объектами, находящимися в отсеке для персонала?»

Блин! Либра с Голубкой же на борту! Совсем про них забыл!

— Со мной пойдут. — не хотелось оставлять американок одних. Либру в прошлый раз чуть не убил контакт с машиной. — Они уже в сознании?

Глава 19

Из кризиса в кризис

Вот так всегда. Можно годами и веками отлаживать технологию — но мелкие косяки все равно вылезут в самом неожиданном месте. В хризалиде я не стоял и не лежал, скорее — висел, со всех сторон удобно зафиксированный удобными опорами. После мгновенного переноса опираться оказалось не обо что, а пола касались только пальцы ног. Едва не упал. А вот оставшиеся без живых сидушок Либра и Голубка с пронзительным визгом грохнулись задницами о твердый пол бункера без всяких едва. Героическое появление удалось на пять с плюсом.

Отдельная загадка, как гвардейцы удержали пальцы на спусковых крючках — ведь оружие они выхватить и навести успели. Окелло, полуприсев, выставил раскрытую ладонь в нашу сторону, Винер каким-то макаром успел спрятаться за широкую спину командира ККС. Операторы у пультов прижались к своим клавиатурам. И только товарищ Сталин спокойно остался стоять где стоял, только повернулся к источнику шума. Он же первый и сказал:

— А ви очэнь воврэмя, товарищь Глэбов.

Ну и что тут можно сказать? Как хорошо, что есть Устав. Он-то точно знает, когда и как говорить.

— Генерал-майор Глебов с докладом прибыл!

Сверхсилы, суперспособности… Армейская уставщина — вот настоящая магия! Стоило только мне произнести формализованное «здрасте», как операторы тут же отвернулись к своим мониторам, гвардейцы спрятали пистолеты, а Василий Аларович убрал руку и сменил позу на менее напряженную.