Молли прочистила горло.

— Я переписала некоторые любовные сцены. Надеюсь, что ты найдешь время, чтобы прочитать их. Мне кажется, они стали гораздо лучше, и думаю, что Бенджамину они тоже понравятся. И за это я должна благодарить тебя.

— Время у меня найдется, — сказал Алек. — И я уверен, что ты обязательно добьешься успеха. Даже большего, чем твоя подруга Дана Кайл.

— Мне хватило бы и половины, — улыбнулась Молли.

Итак, Алек снова поднял тему Даны. Он, наверно, использовал их давешний разговор как намек на то, что между ними остается еще слишком много секретов. Должно быть, его раздражает молчание Молли, но, как ей самой ни хотелось рассказать обо всем Алеку, она не могла. Сначала нужно съездить в Калифорнию и утрясти этот вопрос с Даной.

К тому моменту, как они расположились на полу, водрузив пиццу на кофейный столик и вставив кассету в видеомагнитофон, Алек понял одну важную вещь: он для Молли был примерно тем же, что и спарринг-партнер для чемпиона по боксу; Молли, возможно, и будет благодарна ему, но о равенстве между ними не может быть и речи. А любовь не существует там, где нет равенства.

Но как внушить это сердцу, которое не желает повиноваться? Сердце велело Алеку похитить Молли, как когда-то Тарзан похитил Джейн, принести ее в свой дом, любить ее, завести детей и жить вместе до самой старости. Его сердце не желало слушать, что Молли принадлежит другому миру и что ей суждено обрести славу и еще большее богатство, чем она уже имеет.

И, откусывая ароматный кусок пиццы, Алек велел своему сердцу заткнуться и не отравлять ему хотя бы грядущую ночь — а она, судя по всему, должна была превзойти все его ожидания.

— Ну вот, — сказала Молли, когда на экране появилась картинка. — Это я, просто лежу, жду, когда ты появишься в дверях. — Она вынула из коробки порцию пиццы, отрывая нити расплавленного сыра.

— Ты здесь настоящая мечта любого мужчины. — Алек забыл про еду и в упор смотрел на Молли, лежащую на кровати.

— Не надо было скрещивать ноги. Видно, что я нервничаю. — Молли откусила еще пиццы.

— А ты нервничала?

— Еще бы. Сердце колотилось как сумасшедшее. Ты не слышал — у меня голос сорвался, когда я тебя позвала?

— Знаешь, я не могу уделять равное внимание твоей груди и твоему голосу, а твоя грудь интересует меня не в пример больше. Она очень фотогенична.

— Ну спасибо. Оп, вот идет мужчина месяца! Теперь начинается диалог.

— Какой диалог? — искренне удивился Алек. — Я просто таращусь на тебя, как мультяшный персонаж, знаешь, с такими выпученными глазами. По моему виду можно решить, что я полный идиот.

Молли рассмеялась, и Алек обрадовался: уж очень она была напряжена, а он надеялся, что эта пленка поможет ей расслабиться. Кстати, он и вправду выглядел полным кретином, глядя на Молли во все глаза, пока раздевался.

— Боже, я что, на самом деле начал расспрашивать тебя о твоей кинокарьере? Вот придурок.

Молли снова рассмеялась.

— Да, и делал это весьма профессионально. «Ты ходила на курсы в Лос-Анджелесе?» А сам в это время сдирал с себя одежду так, словно она горела. А вот я пытаюсь немного притормозить тебя.

— Я вот-вот начну заниматься любовью перед включенной камерой, но делаю паузу для того, чтобы сообщить, что рублю дрова для моей квартирной хозяйки, чтобы скостить плату. Прежде чем снимать это видео, стоило написать сценарий.