Криста пообещала, и тотчас свет звезды чуть вспыхнул и погас. Криста же продолжала спать, а утром, когда проснулась, помнила только, что видела, как упали две звезды, и что успела пожелать братика. И ещё помнила: во сне он явился ей в виде звёздного огонька и она что-то пообещала ему, но вот что — забыла.

Шли дни за днями. Криста играла, ходила в школу, помогала маме и иногда задумывалась, а скоро ли у неё появится братик. И вот однажды утром папа позвал её в спальню, а там стояла принесённая с чердака колыбелька, и в ней лежал братик. Криста ужасно обрадовалась и первые дни прямо не отходила от него.

Но Криста была уже большая, а братик совсем маленький, всё время лежал в колыбельке, а когда начал учиться ходить, тоже ничего хорошего не было, потому что он то и дело падал и поднимал рёв. Говорить он не умел, рвал книжки с картинками и вообще был глупый. Криста частенько так и называла его: дурачок. Возиться с ним она не любила и старалась улизнуть из дому и поиграть с друзьями. А если мама просила: «Доченька, мне нужно постирать, присмотри за братиком», у Кристы вытягивалось лицо.

Мама тогда говорила ей: «Ты же сама захотела братика…»

А Криста отвечала: «Только не такого».

Но однажды братик заболел. Сперва Криста ничуть не огорчилась из-за его болезни, однако, когда заметила тревогу на лицах мамы и папы, увидела, как братик, весь красный, лежит в постели и не открывает глаз, ей вдруг стало страшно. Она молча стояла в углу и смотрела на кроватку, где лежал братик. Мама как раз собиралась делать ему компресс и попросила Кристу подержать шерстяной платок. Сняв с братика рубашку и положив руку на его лихорадочно поднимающуюся и опускающуюся грудь, мама горестно воскликнула:

— Как оно бьётся! Как бьётся!

Криста тоже положила руку на грудь братику и почувствовала, как испуганно и горячечно стучит под ладонью его сердце. Оно словно умоляло: «Выпустите меня! Не держите! Я хочу на свободу!»

И вдруг Кристе припомнилось, как однажды ночью она пообещала звёздному огоньку, что будет заботиться о братике, чтобы сердце его билось только радостно и счастливо. И она поняла, что относилась к братику дурно, не делала ничего, чтобы его порадовать.

Ей стало горько и страшно, она догадалась: это из-за неё братику не понравилось на Земле, из-за неё он стремится вернуться к звёздам, у которых нет сердца. И тогда Криста решила сделать всё, чтобы сердце братика поскорей наполнилось радостью. Она сбегала к себе, принесла самые лучшие свои книжки с картинками, которые раньше жалела давать братику, положила их на кроватку и сказала:

— Это тебе, братик.

И тут братик улыбнулся.

С этого дня он начал поправляться и вскоре совсем выздоровел. Теперь Криста играла с ним, и он, завидев её, радостно улыбался. Ему стало хорошо на Земле и уже не хотелось возвратиться к звёздам.

И у тебя, дружок, и у меня есть сердце, точно такое же, как у Кристы и её братика, и оно жаждет радости. Когда мы доставляем друг другу радость, нам приятно жить на нашей прекрасной Земле. А вот когда друг друга огорчаем, причиняем зло, нам становится плохо, мир кажется мрачным и капелька звёздного света, который мы носим в себе, готова угаснуть. Всегда помни об этом, дружок.

История про золотой талер

Жила на свете маленькая девочка по имени Анна-Барбара, и была она круглой сиротой: её папа и мама давным-давно умерли. Осталась у неё только дряхлая бабушка, которая к старости стала совсем чудаковатой. С чем бы Анна-Барбара к ней ни обратилась, что бы ни рассказала, о чём бы ни попросила, у бабушки на всё был один ответ: «Ах, внученька, вот если бы у нас был золотой талер, всё было бы хорошо. Но у нас его нет и взять негде, так что приходится терпеть».

Скажет Анна-Барбара: «Бабушка, у меня чулок на колене порвался!», или: «Бабушка, учитель меня похвалил за то, что я хорошо отвечала!», или: «Бабушка, в горшок со сметаной кошка забралась!» — старушка знай вздыхает: «Ах, внученька, вот если бы у нас был золотой талер…»

А когда Анна-Барбара приставала к бабушке и спрашивала, что это за золотой талер такой и как его добыть, та только таинственно качала головой и говорила: «Ах, внученька, если бы его легко было добыть, он давно был бы у нас.