— Вот оно что… — пробормотала я, когда все заржали, даже чуточку заторможенный Рон. Гарри смотрел куда-то в пространство. — Завещал меч… И он может явиться истинному гриффиндорцу…

— А с ребятами что сделали? — спросил Сириус.

— Наказали от души, — ответил Грипхук. — Но вроде бы они живы. У Снейпа такая слава… я б не удивился, пусти он их на зелья!

— Значит, ты веришь этим историям? — спросил Кресвелл. — Веришь, что Снейп убил Дамблдора?

— А кто, Поттер, что ли? Вон, у него самого спроси!

— Снейп, — выговорил Гарри. — Это он. Я видел! Я все видел…

Сириус крепко сжал под столом мою руку.

Я знала — ничего Снейп не сделает с этими придурками, разве что зашлет драить лестницы и котлы с утра до ночи, или к Хагриду, кормить флоббер-червей, но сказать об этом не могла.

— Я отлучусь на секундочку! — сказала я и шмыгнула в палатку, а там вынула из сумки портрет.

— Сэр! Будьте любезны, явитесь!

— Что вам угодно, мисс? — он уставился мне в глаза, и взгляд был до того знаком…

— Вопрос про поддельный меч Гриффиндора. Вы знаете, кто его подменил? Ну, кто, последний вынимал его из футляра?

— Полагаю, что последний раз меч Гриффиндора покидал на моих глазах свой футляр, когда профессор Дамблдор разбил им кольцо.

— Футляр или… стеклянный ящик в кабинете? — дошло до меня.

— О, грязнокровки тоже умеют думать? — приятно удивился он. — Футляр. Хранилище, если вам угодно.

— Шляпу? — спросила я, вспомнив слова Скримджера.

Он только усмехнулся.

Точно. Мечом можно разбить крестраж, как сделал это Дамблдор, потому что лезвия гоблинской работы впитывают то, что придает им силу. А Гарри убил василиска этим мечом!

— Дошло? — вежливо спросил старый Блэк.

— Да. Скажите директору — нынешнему! — я поняла, в чем суть.

— Ну слава богу, а то он извелся уже, — фыркнул тот.

— А вы знаете, — сказала я, склонившись над холстом, — это ни капли не смешно. Потому что мы гоняемся за этими клятыми крестражами, мечами и прочей… ерундой, а время уходит. Время жизни. Моей, его, нашей… Но вам-то что, вы давно уже просто портрет!

Финеас Найджелус смотрел на меня в упор. Потом сказал:

— Прекратите лить на меня слезы, от этого портится холст.

— А вы не родственники с новым директором? Он выражается точно так же!

— Он часто со мной беседовал в юности, — мрачно ответил старик. — Он и Регулус, и другие… Бывало, наперебой. А мне не жаль было поделиться опытом. Как жаль мальчишек…

— Ну хоть одного вытащим, а? — спросила я, вытерев нос рукавом. — Регулуса уже не вернуть, но…

— Ладно, — сказал портрет. — Слушайте меня. Никогда не соглашайтесь сходу ни на какие условия гоблинов. Они всегда стараются обмануть волшебников. Всегда, Грейнджер, потому что они нас очень не любят. Не верьте их обещаниям. Ищите сами.

— Что искать? Я поняла, где меч, но крестраж точно не в нем!

— Кольцо. Медальон. Ну?

— Какие-то… значимые вещи? Реликвии? Небось, самих Основателей?

— Дошло, наконец!

— Прекрасно, — сказала я, аккуратно промокая холст носовым платком (старый директор морщился, но никуда не уходил), — медальон у нас, значит, нам нужны диадема, чаша, а еще меч, чтобы это все порубить.