принят императрицею, дотоле всегда к нему  благосклонной.  Может  быть,  она

была недовольна  нескромными  словами,  вынужденными  у  него  досадою;  ибо

усердный на деле и душою преданный государыне, Бибиков был брюзглив и смел в

своих суждениях. Но Екатерина умела властвовать над своими  предубеждениями.

Она подошла к  нему  на  придворном  бале  с  прежней  ласковой  улыбкою  и,

милостиво с ним разговаривая, объявила ему  новое  его  назначение.  Бибиков

отвечал, что он посвятил себя на службу отечеству, и  тут  же  привел  слова

простонародной песни, применив  их  к  своему  положению:  Сарафан  ли  мой,

дорогой сарафан!

     Везде ты, сарафан, пригожаешься;

     А не надо, сарафан, и под лавкою лежишь.

     Он безоговорочно принял на себя  многотрудную  должность  и  9  декабря

отправился из Петербурга.

     Приехав в Москву, Бибиков нашел  старую  столицу  в  страхе  и  унынии.

Жители, недавние  свидетели  бунта  и  чумы,  трепетали  в  ожидании  нового

бедствия. Множество дворян бежало  в  Москву  из  губерний,  уже  разоряемых

Пугачевым или угрожаемых возмущением. Холопья, ими навезенные, распускали по

площади вести о вольности и о истреблении господ. Многочисленная  московская

чернь, пьянствуя и шатаясь по улицам, с явным нетерпением ожидала  Пугачева.

Жители  приняли  Бибикова  с  восторгом,  доказывавшим,  в  какой  опасности

полагали себя. Он оставил Москву, спеша оправдать ее надежды.

ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ ТРЕТЬЕЙ

     1 См. Приложения, I.

     2  Журнал  осаде,  веденный  в  губернаторской  канцелярии,  помещен  в

любопытной рукописи академика Рычкова. Читатель найдет ее  в  Приложении.  Я

имел  в  руках  три  списка,  доставленные  мне  гг.  Спасским,  Языковым  и

Лажечниковым.

     3 Билов выступил из Оренбурга 24 сентября. В этот день губернатор давал

у себя бал. Весть о Пугачеве разошлась на бале.

     4 Сержант сей назывался  Иван  Костицын.  Участь  его  неизвестна.  Его

допрашивал подполковник В. Могутов.

     5 См. Приложения, III.

     6 В донесении Малыковской земской конторы сказано о Пугачеве:  оказался

подозрителен, бит кнутом. См. в Примечаниях на II главу, примечание 2.

     7 Падуров, в последствии времени повешенный, писал Мартемьяну Бородину,

увещевая его покориться Пугачеву: "А  ныне  вы  называете  его  (Самозванца)

донским  казаком  Емельяном  Пугачевым  и  якобы  у  него  ноздри  рваные  и

клейменый. А по усмотрению моему, у него тех признаков не имеется".

     8 По совету одного из чиновников (говорит Рычков).

     9 Меновой двор, на котором с азиатскими народами чрез все лето до самой

осени торг и мена производятся, построен на степной  стороне  реки  Яика,  в

виду из города, расстоянием от берега версты с две; ближе строить  его  было

невозможно, потому что прилегло все место низменное  и  водопоемное.