|
Среди них князья Бельский, Мстиславский, Воротынский, конюший Иван Федоров. Под диктовку Ивана они пишут ответ Сигизмунду-Августу: возмущаясь его постыдным предложением стать предателями, обещают перейти к нему, если он отдаст их государю всю Литву, Белоруссию, Галицию, Пруссию, землю Волынскую и Подольскую. Старый боярин Федоров добавляет: «Как мог ты вообразить, чтобы я, занося ногу в гроб, вздумал погубить душу свою гнусною изменою? Что мне у тебя делать? Водить полков твоих я не в силах, пиров не люблю, веселить тебя не умею, пляскам вашим не учился».
Уладив таким образом это дело, Иван вдруг начинает раскаиваться в собственном великодушии. Раз король Польши написал этим боярам, значит, чувствует, что они способны прислушаться к его предложениям. Вероятно, цель его – поднять земщину против опричнины, лишить царя власти и посадить кого-то другого на его место. Но кого? Да почему бы не того же Федорова, преданного старине, главного конюшего с девятнадцати лет, которого уважают все ее приверженцы? Конечно же, он стоит во главе заговора. И однажды в присутствии придворных Иван заставляет его надеть царскую одежду и венец, сажает на трон и, склонившись перед ним, громко произносит: «Приветствую тебя, царь всея Руси! Се приял ты от меня честь, тобою желаемую!» Ошеломленный Федоров не знает, что делать. Несколько бояр, думая, что это розыгрыш, разражаются смехом. Но Иван серьезен, он продолжает: «Но, имея власть сделать тебя царем, могу и низвергнуть с престола!» И, замахнувшись ножом, наносит конюшему удар в сердце. Федоров скатывается на пол, опричники с дикими криками бросаются и несколькими ударами убивают его. Труп кидают во двор собакам. Зарезана и жена Федорова, казнены вероятные сообщники. Князьям Бельскому, Мстиславскому и Воротынскому удается по непонятным причинам избежать немилости. За всех расплачиваются трое князей Ростовских: один из них, воевода из Нижнего Новгорода, во время молитвы в храме видит тридцать опричников, которые от имени царя приказывают ему следовать за ними; его раздевают и ведут совершенно голым за двадцать верст от города, на берег Волги, где обезглавливают, а тело бросают в воду. Голову приносят Ивану. Он отталкивает ее ногой и произносит со злобной усмешкой: «Что ж, ты любил умыться кровью врагов на поле брани; умойся теперь собственной». Настигнут и князь Петр Щенятев, скрывшийся в монастыре. Его страшно пытают – жгут на сковороде, вбивают иглы под ногти. Славный Иван Пронский утоплен. Государственный казначей Тютин рассечен на части, его жена, две дочери и два маленьких сына – тоже. Эту казнь совершил черкесский князь, брат царицы. Злая участь постигла и многие другие семьи. Затем опричники грабят владения жертв: женщин из народа, прежде чем убить, насилуют; трупы разбросаны повсюду, но никто не решается похоронить по-христиански царских врагов. Большинство несчастных, перед тем как совершить злодейство, раздевают: одежда – часть добычи, и нельзя, чтобы ее забрызгала кровь. Многие тела изуродованы до неузнаваемости. Жители Москвы дрожат, запершись в домах, слыша крики и смех палачей, которые преследуют своих жертв, убивают и затаптывают их. Наблюдая эти кровавые беспорядки, бессильный и потерявший всякую надежду митрополит Филипп пытается взывать к милосердию царя. Но его не слушают, и скоро Иван отказывается даже принимать его.
Однажды во время воскресной службы государь входит в Успенский собор в монашеской рясе и высоком клобуке. Вокруг него опричники, также в монашеском облачении. Митрополит видит их и продолжает службу. Тогда царь направляется к нему и просит благословения. Филипп не отвечает. Пораженные опричники начинают переговариваться, один из них восклицает: «Владыко! Перед тобою государь, благослови его!»
Переведя взгляд на царя, Филипп произносит: «В сем виде, в сем одеянии странном не узнаю царя православного; не узнаю и в делах царства... О государь! Мы здесь приносим жертвы Богу, а за алтарем льется невинная кровь христианская. |