— Правда?

— Нет, идиот. Но захотела узнать, как ты выглядишь.

Нед заморгал.

— Что ты ей сказала?

— Сказала, что ты выглядишь, как канадец. Спокойной ночи, Нед.

Она повернулась и пошла к спальне, которая вчера была комнатой Мелани. Нед остался сидеть у стола, он продолжал видеть ее, такую свежую, с мокрыми волосами и ногами танцовщицы.

Потом он подумал о Мелани и о худом, энергичном человеке, которого впервые увидел в соборе. Представил себе, как тот руководил кровавой бойней у горы, а потом бросал людей живыми в ров, как поступил Марий, по ее словам. Он мог себе это представить, вот в чем проблема.

«Я не добрый человек».

И если он вообще что-то понимает, то второй, Кадел, сжег город, Безье, восемьсот лет назад, вместе с Феланом — и, может быть, Изабель, или как там ее звали в то время.

Месть? Кейт права? Может, Изабель сделала выбор, выбрав Фелана в тот раз, а Кадел не умер? Может, это он организовал тот крестовый поход или просто воспользовался им?

Может, именно поэтому один из мужчин обязательно должен быть убит, чтобы она сделала свой выбор, иначе эта часть света утонет в крови?

Может, так и произошло у Пурьера, где Нед почувствовал, как сам тонет в крови этой бойни? Или это так далеко от истины, что даже не смешно?

И между прочим, как должен выглядеть канадец?

Утром они первым делом вернулись в Антремон, на тот маловероятный случай, если кто-нибудь там остался. Ворота были заперты, стоянка для автомашин пуста. Сегодня первое мая, во Франции выходной день. Но это не имело значения: Нед чувствовал: там ничего нет. То, что было на плато ночью, исчезло. Интересно, подумал он, увидят ли они остатки огней Белтейна, если перелезут через забор и войдут туда.

Он подумал о быке. Как охранник или первые туристы завтра справятся с этим? Наверное, это не его проблема. Его проблема намного сложнее.

Не то чтобы он не верил в свою тетю, но трудность в том, что если они действительно собираются проверить все исторические места в окрестностях Экса, связанные с кельтами, или греками, или римлянами, то у них уйдут месяцы, а не три дня.

А у них, возможно, нет и трех дней. В конце концов, другие тоже ищут.

План, каким бы он ни был, разработали накануне вечером. Он был на тех самых листочках на столе. Кейт быстро записывала названия мест, как только их произносила она сама, или отец Неда, или тетя Ким, и она прикусила губу уже в середине этого процесса, насколько помнил Нед.

Им должно невероятно повезти, подумал тогда Нед, глядя, как растет список.

Грег свернул на магистральное шоссе на Арль и уплатил дорожный сбор. Стояло свежее, праздничное утро под голубым небом, подходящий день для прогулки, пикника, похода в горы. Они некоторое время ехали на запад. Но у города свернули на север, на более узкую дорогу, ведущую к низкой, остроконечной гряде гор.

Нед видел виноградники по обеим сторонам дороги, оливы с серебристо-зелеными на солнце листьями. Мелькали указатели, показывающие, куда можно подъехать и купить оливкового масла. Невозможно отрицать, здесь красиво. Только он не представлял себе, как кто-то из них может наслаждаться сегодня пейзажем.

План тети Ким состоял в том, что у нее и у Неда, так как они связаны, хоть эта связь и несовершенна, с миром, который забрал Мелани, у каждого будет своя команда. На микроавтобусе и на ее маленькой красной машинке они будут объезжать городки, развалины и окрестные деревни. Если кто-то из них почувствует хотя бы намек на какое-то присутствие, он позвонит остальным, и…

И что? Вот тут начиналась неизвестность. Даже если каким-то чудом интуиция или удача помогут им найти то место, где скрывается от тех мужчин Мелани-Изабель, что они должны делать?

Вежливо попросить ее превратиться обратно?

Нед вспомнил, что задал этот вопрос почти в тех же словах вчера вечером.