— Не сомневаюсь, — сухо заметила она. — Похоже на то.

Она махнула рукой, и они одновременно перешагнули через низкие перила к выпуклой стене башни, прижались к ней спиной. Пока что, после слов Ким на том незнакомом языке, эти твари застыли на месте.

Ким снова зажгла фонарь, услышав какой-то звук, нашла лучом еще одного волка. Четыре, пять? Они оба смотрели в том направлении, когда Нед услышал слева от себя какое-то шуршание, рядом с Ким.

Не тратя времени на размышления, совершенно инстинктивным движением, он шагнул мимо нее и нанес сильный удар палкой, как бейсбольной битой.

Он попал волку в голову сбоку. Волк оказался более тяжелым, чем собака сегодня в городе. Он не отлетел, не завертелся, но упал. Нед вскрикнул, его поврежденное плечо отозвалось на этот удар.

Ким снова выругалась. Нед услышал, как она что-то резко произнесла, почти прорычала, на том же языке, что и раньше, и хотя он не понял ни слова, он весь похолодел, так свирепо она это сказала.

«Холодно в огне», — подумал он. Для этого имелось какое-то слово, из тех глупостей, которые включают в тесты по английскому языку.

Ким повторила только что сказанное, с теми же интонациями, только медленнее. Нед почти почувствовал общий вздох в ночи, словно сама темнота реагировала на нее. Он стоял на одном колене, держась за плечо. Волк лежал достаточно близко от него, и он его видел. Тот не шевелился.

— Хорошая работа, — тихо сказала Ким. — Больно?

— Плечо, но я его повредил не сейчас. Мне пришлось сражаться с собакой сегодня днем.

— Что? Нед, что ты здесь делал?

— Я во что-то вмешался. Он потом сказал, что они просто играют в игры. С ним, не со мной.

Она на секунду замерла. Потом спросила:

— Кто так сказал, Нед?

— Человек из собора. Думаю, он участвует во всем этом.

— Конечно. Поэтому за тобой следят. Ты можешь с ним связаться?

— Как? Послать ему сообщение?

Она коротко рассмеялась. Она все-таки молодец, решил Нед, пусть даже тетушки редко бывают молодцами.

— Нет, не так. Ты можешь увидеть его так же, как увидел меня, глядя внутрь себя?

Он заколебался.

— Я так уже делал. Видел его. Дважды. Он сказал, что умеет ставить защиту.

— Уверена, что умеет. Я его не вижу. Попробуй ты.

Нед попробовал. У него возникло такое же глупое ощущение, как и раньше, хоть и не вполне такое же, если подумать. Его тетя была рядом, и ее сияние он видел внутри себя.

Однако только ее. А не человека со шрамом, который сказал им в монастыре, что у него нет имени. Он покачал головой.

— Я не представляю себе, что я делаю.

— Почему ты должен представлять? — мягко ответила она. — Поэтому я и приехала, чтобы сказать тебе, что не понимать — это нормально.

— Поэтому?

Она кивнула.

— И по другим причинам.

Волки не издавали ни звука с того момента, как она заговорила, или с того момента, когда Нед треснул одного из них палкой.

— Они ушли? — спросил Нед.

Ким повернулась и посмотрела. У него возникло ощущение, что она не смотрит по-настоящему, глазами.

— Они ждут, — ответила она. — Мне очень хочется знать, в чем тут дело. Как твое плечо?

— Больше никогда не буду играть на тубе.

Она безнадежно вздохнула.

— Ужасно смешно. Ты точно такой же, как твоя мать.

— Мама так шутила?

— В твоем возрасте? Без конца.

— Чего они ждут? — спросил он.