|
Реклама успешно ассоциирует покупку «Исузу» с бесстрашием, непочтительностью и способностью распознавать обман. В наши дни рекламные ролики, высмеивающие традиционную рекламу, можно увидеть буквально везде, от седелмайеровских «Федерал экспресс» и «Вендис» с их сушеными, ускоренными, бурлескными персонажами до стильных монтажных склеек коммерческих представителей и старых кэмповых клипов из «Бивера» и «Мистера Эда» в роликах «Доритос».
Плюс можно видеть, как эту тактику глумиться над претенциозностью старорекламных добродетелей авторитета и искренности – тем самым 1) защищая глумящегося от глумления и 2) давая возможность понимающему глумление возвыситься над массами, которые до сих пор ведутся на устаревшую претенциозность, – применяют с серьезной пользой во многих телепередачах, куда эти ролики вставляют. Вот уже много лет передача за передачей сами указывают на то, что они «ни о чем», фестиваль визуальных и постмодернистских аллюзий и настроений, или – даже более частый случай – что в основе телешоу лежит неравный бой между бесполезным представителем власти и его не по годам развитыми детьми, саркастичной супругой или язвительными коллегами. Сравните, как изображали представителей власти в телесериалах доироничного периода – Эрскина из «ФБР», Кирка из «Стартрека», Уорда из «Предоставьте это Биверу», Ширли из «Семейки Партридж», Макгаррета из «Гавайев 5.0», – с изображением Эла Банди в «Женаты… с детьми», мистера Оуэнса в «Мистере Бельведере», Гомера в «Симпсонах», Дэниелса и Хантера в «Блюзе Хилл-стрит», Джейсона Сивера в «Проблемах роста», доктора Крейга в «Сент-Элсвере».
Конкретно современные ситкомы почти целиком зависят от юмора и тона, заданных сериалом «МЭШ», когда остроумные бунтари в пух и прах разносят какого-нибудь нелепого представителя лицемерных и устаревших ценностей. В «Радио Цинциннати» Хокай разносил Фрэнка и позже Чарльза, и точно так же Дженнифер разносила Хёрба, а Джей Фивер – Карлсона, в «Семейных узах» Алекс разносил мистера Китона; все машинописное бюро разносило начальника в «С девяти до пяти», вся семья разносила Сивера в «Проблемах роста», и абсолютно все кому не лень разносили Банди в «Женаты…» (главная ситком-пародия на все ситкомы). Фактически единственные авторитетные фигуры, которым удалось сохранить немного зрительского доверия в сериалах после 1980-х (не считая Фурилло из «Хилл-стрит» и Уэстфала из «Элсвера», которые окружены настолько беспросветными нищетой и стрессом, что одна только работа день за днем превращает их в героев), – это носители ценностей, способные проявить иронию по отношению к себе, посмеяться над собой раньше, чем набросится безжалостная Группа, – например, Хакстебл в «Косби», Бельведер в «Бельведере», специальный агент Купер в «Твин Пиксе», Гарри Шендлинг на канале Fox (у него заглавная тема начинается со слов «Это заглавная тема к шоу Гарри») и настоящий Ангел Смерти ироничных восьмидесятых мистер Д. Леттерман.
Пропаганда цинизма по отношению к авторитетным фигурам выгодна телевидению по нескольким причинам. Во-первых, высмеивая старомодные убеждения, ТВ тем самым создает вакуум авторитета. Угадайте, что́ этот вакуум потом заполнит. Настоящим авторитетом в мире, который мы теперь считаем созданным, а не просто изображенным, становится тот медиум, что и создает наше мировоззрение. Во-вторых, пока телевидение отсылает исключительно к себе и разоблачает традиционные стандарты как нечто несерьезное, оно неуязвимо для обвинений критиков в поверхностности, грубости или низком качестве, потому что глубина, вкус и качество – это традиционные, экстрателевизионные стандарты. |