— А, это ты, Гоха? — спросил тот, всматриваясь. — Ну чо, давай завтра со мной на рыбалку?

— Здрасте… Не, я дядь Валер, пока заготовками занимаюсь, грибов уйма, — улыбнулся он.

— Ну смотри сам. А то поехали? Ухи наварим, водочки примем, знаешь, как под уху-то, да на вольном воздухе! Там, на озерах, налимы, окушки…

— Нет, спасибо, в другой раз, — чуточку смущенно ответил Егор, который в свое время и сам напрашивался на рыбалку. — Пока не получится.

Дома он дошел уже в густом полумраке, плюхнул корзину с грибами на стол и огляделся. Словно и не домой пришел, все какое-то не такое. Он включил свет, болезненно поморщился от неожиданно яркой лампочки и пошел ставить чайник, умываться. Хотелось есть, до того, что в желудке яростно заурчало. Егор подумал, что можно пожарить грибы, это быстро, но тут же сам себе возразил: а чего их жарить, ешь да ешь. При мысли о скворчащем на сковороде масле к горлу подступила тошнота.

Усмехнувшись, он уселся на табуретку, взял нож, гриб, порезал его на кусочки и съел. «Да что я как дикарь!» — подумал он в сердцах, достал тарелку, вилку, порезал туда сразу несколько грибов и принялся аккуратно есть вилкой. Было вкусно. Он выключил чайник, налил себе воды из холодильника и принялся ужинать, запивая грибы водой.

Наевшись, Егор завалился на диван, едва разувшись, и сладко заснул. Посреди ночи он встал, снял куртку и штаны, выключил свет и немедленно снова уснул под моросящий мелкий дождичек.

* * *

Утро началось для него в полдень, когда Егор нехотя продрал глаза и бессмысленным взглядом уставился на заплаканное серое стекло, но вскоре поднялся и вышел в огород в одних трусах, подставив тело мелкому прохладному дождику. Деревня словно вымерла, а он стоял посреди, раскинув руки и чувствуя, как приятно впитывается в тело чистая прохладная вода.

Взбодрившись, он вернулся в дом и принялся готовить завтрак. Вернее, подошел к плите и собрался было поставить чайник, но при одной мысли о чае, кофе, хлебе, колбасе, масле его чуть не стошнило. Егор с надеждой посмотрел на корзину. Грибы выглядели вполне свежими. Тогда он вновь сервировал себе завтрак: тарелка с грибами, нож, вилка, — и позавтракал, запив все водой.

Такая простота ему понравилась. Было в этом что-то исконное, первобытное, правильное… Егор никогда особым любителем первобытности не был, напротив, предпочитал радости цивилизации, но тут почувствовал, как распирает от радости грудь. Вот тебе и городской, вот тебе неженка, ребятам в отделе расскажи — не поверят!

Но мысли о каких-то «ребятах» из отдела казались сейчас такими далекими и игрушечными… Егор поскреб щетину на подбородке и решил, что стоит отрастить бороду, начать прямо с сегодняшнего дня. О том, чем ему заняться сегодня, он и не задумывался: и так было ясно, что надо идти в лес. Вчера мелькнула мысль принести в избушку одеяло, как-то обустроиться, но сейчас она казалась дикой. Хорошее улучшать — только портить, там и так все, как надо…

Недоеденные грибы он сунул в холодильник, прихватил с собой бутылку воды и нетерпеливо, словно на свидание, зашагал в лес.

* * *

Наталия Алексеевна сошла с пригородного автобуса и с досадой огляделась. Она рассчитывала, что Егор ее, по крайней мере, встретит, а то опять она должна надрываться, тащить эти сумки с продуктами. У него машина, между прочим, простаивает! Однако, понимая, что Егора не заставишь каждый раз мотаться за ней в город, она поудобнее перехватила ручки своей поклажи и быстрым шагом пошла к видневшимся неподалеку домикам. Интересно, договорился Егор про мясо или забыл?

Когда она зашла в дом, мысли о мясе вылетели у нее из головы.