Валерия не знала, что сказать. События развивались слишком быстро. Нить событий от нее ускользала, а сама эта история приобретала размах, превосходивший ее понимание. Ей никогда не доводилось погружаться под воду, она не знала этого парня, и все-таки желание увидеть все своими глазами победило все страхи и все доводы рассудка.

– Хорошо, – ответила она, положив тем самым конец сомнениям и раздумьям.

– Предупреждаю тебя, это запрещено, и у нас могут быть большие проблемы.

– Хорошо, я согласна, – повторила она.

Он захлопнул багажник так же быстро, как и открыл. Взглянул на небо, глубоко вдохнул и посмотрел на девушку. Та дрожала.

– Мне страшно, – призналась Валерия.

– Мне тоже.

Петер шагнул к девушке, раскрыл объятия и прижал ее к себе.

– Они установили один контакт, они что-то воспринимают.

– Неужели нельзя сказать точнее?

– Это и так больше, чем когда-либо.

– Вы не ошиблись. С этой минуты члены группы работают в режиме полной готовности. M вот еще что: наверху не должны ничего знать, пока у нас не будет полной уверенности…

Сквозь сплетение ветвей Валерия смотрела в ночь. Чтобы успокоиться, она думала о Диего. Что бы он подумал, увидев ее в этот момент, когда она в этой богом забытой местности ожидала в темноте молодого человека, с которым познакомилась не далее как сегодня утром? Представив его ревность, она улыбнулась. Хватит ли ей смелости рассказать ему о своих приключениях?

После обеда миссис Дженкинс попыталась выяснить, почему утром она вернулась такой взволнованной. Валерия ничего ей не сказала. Мадлен заподозрила, что у девушки намечается любовное приключение с молодым голландцем. Славная женщина даже попыталась в разговоре пару раз напомнить Валерии об ожидавшем ее в Испании возлюбленном. Еще она упомянула о том, что многие женщины в минуту душевного волнения проявляют слабость, которой иные мужчины не прочь воспользоваться…

Рядом хрустнула сломанная ветка. Валерия застыла. Появилась едва видимая тень.

– Где ты? – шепотом спросил Петер.

Успокоенная, она вышла из своего укрытия. Молодые люди на ощупь разобрали вещи.

– Нельзя откладывать, – сказал Петер. – Пока донесем снаряжение до бухточки, как раз согреемся.

В чернильном мраке ночи они вышли на тропинку.

– Внимательно смотри под ноги, – напутствовала Валерия своего компаньона, шедшего впереди. – Не хватало, чтобы ты свалился в воду.

– А ведь за этим мы и приехали! – пошутил тот. – Не волнуйся, я тоже здесь бывал.

В этот час можно было не опасаться наткнуться на улепетывавшего зайца, птицы спали в своих гнездах. И только заунывный ветер нарушал тишину ночи.

– Ты учишься или работаешь? – спросил Петер.

– Учусь на факультете иностранных языков. Скоро получу диплом переводчика-синхрониста. А ты?

– Я окончил третий курс по специальности «прикладная физика».

– У нас не было ни единого шанса встретиться.

– Разве что я бы приехал в Испанию по турпутевке или твой туроператор придумал проводить экскурсии по атомной станции, на которой я получил бы работу…

Снаряжение было тяжелым, поэтому до цели они добрались только через час. Предположительно, часовня находилась в нескольких десятках метров от того места, где Валерия накануне устроила себе привал.

Петер вынул из сумки электрический фонарик цилиндрической формы и включил его, слегка прикрыв ладонью. Валерия осмотрелась.

– Вот странно, но все сейчас выглядит по-другому, – сказала она.