– Мы сменим тактику, – добавил Петер.

Штефан не понимал, почему товарищ так быстро поменял план, но в присутствии пленника не мог задавать вопросы. Поэтому решил промолчать.

– Вы здесь главный? – рискнул спросить Мортон.

Петер усмехнулся.

– У нас нет главных, – ответил он. – Наша иерархия зависит от важности возникающих проблем. Чем у вас их больше, тем вы главнее. Я – номер второй. Есть еще кое-кто, но эта персона слишком высокого полета.

– Ничего не понимаю, – пробормотал Мортон.

Не затрудняя себя ответом, Петер положил руку на плечо товарищу и сказал:

– Теперь моя очередь. На него надо слегка надавить, иначе мы ничего не добьемся.

Штефан кивнул и встал, намереваясь покинуть комнату. Мортону не нравилось все происходящее, а этот второй похититель – и того меньше. Голос у него был жестче, он производил впечатление человека более решительного, а значит, и более опасного.

– Начнем сначала, генерал, – сказал Петер, устраиваясь на стуле.

Мортон отметил про себя, что слово «генерал» слетело с губ этого человека так естественно, словно он был хорошо знаком с военными порядками.

– Вы продолжаете настаивать на том, что для вас дело Дестрелей одно из тысяч и речь идет о банальной продаже ими информации, классифицированной как секретная?

– Если в этом деле были другие мотивы, я о них не знаю. Мы не успели их допросить. Дестрели оказали сопротивление агентам, которые пытались их задержать, и были застрелены на месте. В те времена я не был директором АНБ. Я руководил одним из отделов.

– Это случилось больше двадцати лет назад, генерал. Если это и вправду заурядное дело, у вас превосходная память. Хотя, между нами, сомнительные дела задерживаются в памяти куда дольше… Два десятилетия в таком случае не предел…

Мортон понял, что ему нужно очень внимательно следить за тем, что он говорит.

– Забудем ненадолго о Дестрелях, – сказал Петер. – Поговорим о том, что случилось вечером 4 октября 1990 года. Вы помните этот вечер?

Генерал нервно усмехнулся:

– Если вы выкрали меня, чтобы поинтересоваться, как я проводил время двадцать лет назад, вас ждет разочарование. У меня, конечно, прекрасная память, но не до такой же степени!

Ирония в ответе Мортона не смутила Петера, и он спокойно продолжал:

– Подумайте хорошенько, генерал, это важный момент. Я не верю, что вы смогли забыть тот вечер.

Мортон со вздохом поднял очи к небу.

– Эта игра ни к чему не приведет, – раздраженно бросил он. – Если вы намекаете на определенное событие, скажите прямо. Хватит ходить вокруг да около.

Петер откинулся на спинку стула и посмотрел на Штефана. В полумраке молодые люди обменялись взглядами. Пришло время выложить главный козырь.

– Генерал, поговорим откровенно, – начал Петер. – Вы похитили молодую гражданку Испании, которую зовут Валерия Серенса. Она не преступница и не представляет угрозы для правительства. Мы требуем, чтобы ее немедленно освободили.

– Если все так, как вы говорите, зачем бы мы стали ее задерживать? Если произошла ошибка, наша юридическая служба и дипломатические представители ее страны во всем разберутся, и девушка быстро выйдет на свободу.

– Не играйте со мной, генерал.

– О какой игре вы говорите? Известно ли вам, мой мальчик, что в демократическом государстве даже секретные службы находятся под контролем независимых инстанций. И я сказал вам чистейшую правду. Если эта девушка, о которой я, кстати, слышу впервые, не совершила ничего предосудительного, ей нечего бояться.